Бэккарт исступлённо посмотрел на неё. Она выглядела бледной, волосы растрёпаны, а лицо перемазано в слезах и грязи. Все его руки были в крови, и он никогда не ощущал себя столь отвратительно. И всё же, хоть это и вышло немного неловко, он засмеялся. Бёрнедит тоже улыбнулась, но насладиться шуткой ей помешал приступ острой боли, которая накатывала с новой силой.
В то же мгновение взгляд Бёрн направился куда-то в сторону, за его плечо, и это явно не означало ничего хорошего. Бэккарт обернулся и увидел, как над обломками, поднимались роботы. Неисправные так и продолжали лежать среди обломков, что говорило о том, что их уже ничто не поднимет. Но вот те, что бросались искрами, хлопали вывалившимися локаторами и кружились в воздухе, похоже, постепенно возвращались к работе. С них ссыпалась пыль, так как ни один из них не мог пока контролировать себя в полной мере, раскачиваясь в воздухе, словно ёлочные игрушки. Красный свет тускло отражался в их линзах.
- Ресинхронизация, - раздался железный женский голос, который не имел ничего общего с приятными сахарными интонациями того, что преследовал их до этого момента.
- Я предупреждала вас, - слабо донеслось из рации Бёрн с нотками печали от своей правоты.
Свет начал моргать.
- Время вышло, - сказала Бёрнедит и попыталась встать, но отчего-то у неё не получилось это сделать, - ты вытащил штырь, теперь давай убираться отсюда!
- Подожди, - сказал Бэккарт и посмотрел на неё с плохими новостями, - это был первый.
ГЛАВА 8.4
КАК НАСТОЯЩИЕ
Туда, где хуже всего
Ленайа открыла глаза. Никакого «вокруг» не существовало. Была лишь темнота. Стоило ли держать глаза открытыми, или нет, всё равно совершенно ничего не было видно. Абсолютно ничего.
Несмотря на то, что тело ломило, левая рука едва двигалась из-за ушиба, а ног она пока не чувствовала, именно темнота приносила ей наибольший дискомфорт. В ней она чувствовала себя беззащитной жертвой, запертой в клетке на потеху незримым наблюдателям. Возможно, для людей страх темноты был связан с эволюционными процессами, которые воспитали боязнь агрессивной среды. Ведь, не обладая достаточными адаптивными навыками, находиться в центре внимания хищников и даже не знать об этом было действительно не выгодно для выживания, но для неё тьма означала нечто большее. Это было очень гадкое чувство, от него хотелось как можно скорее убежать.
Она попыталась вспомнить, что произошло, но ничего не помнила после того, как лопнула прозрачная камера. Она не могла определить, где она, и как сюда попала.
- Здесь есть кто-нибудь? - С надеждой в голосе спросила она.
Никто не отозвался. И, возможно, это не было хорошим знаком. Как знать, быть может кто-то лежал совсем рядом и ему требовалась её помощь, но никто не подал никаких признаков жизни. Итак, она не знала, где находилась, она была одна, и вокруг было темно. Худшие кошмары начинались именно так...
Эта мысль обеспокоила её.
- Эй! - Позвала она.
В ответ на это издалека сверху начал доноситься протяжный звук. Он начался как завывание койота, но растянулся так надолго, что со временем превратился в непрерывный писк открывающейся скрипучей двери, которая никак не могла открыться до конца. Звук менял тон, становился то тоньше, то более насыщенным, но постоянно тихим, далёким и тоскливым.
Не давая воли эмоциям, Ленайа начала размышлять, в надежде, что это отвлечёт её от неприятных ощущений. Первая же мысль, которая её посетила – это то, что все они проиграли, и она уже находится внутри чьего-то кошмара и теперь всё будет ещё хуже, чем когда-либо было! Если это был ад, то ей предстояло вновь погрузиться в исследование кошмаров совершенно незнакомого человека. Вот только на этот раз она отдавала себе отчёт в том, кто она есть на самом деле и испытывала ряд побочных эффектов, таких как боль, железная крошка на зубах или боязнь не найти своих спутников и навсегда остаться в одиночестве в этом или каком-либо другом кошмарном месте. Возможно, это был апгрейд. Возможно всё это предвещало новую, неизвестную ей доселе планку ужаса.
Это означало, что ни в коем случае ей не следовало бояться, ведь именно это и было самым желанным для человека — питаться эмоциями страха. Это укрепляло бы тёмный мир вокруг неё, а, значит, с любыми проявлениями страха необходимо было бороться. Хоть это и было так сложно...
Раздававшийся сверху звук начал прерываться, зарябил, но начал нарастать. Вскоре он совершенно прекратился, и тишина продлилась довольно долго до того момента, пока совсем рядом не раздался стук упавшего предмета. Вместе с этим на миг выстрелил пучок света, который лишь ослепил, но не дал ничего разглядеть вокруг. Ленайа вздрогнула от неожиданности, однако быстро успокоилась, так как упавший предмет по звуку казался совсем небольшим. Это было чудо? Это был фонарь... Нужно было найти его!
