Не стой, дружок, на паперти,Душе не все равно.Уж плоть, не хлеб на скатерти;Кровь в чаше, не вино.Песочком лед ступенчатыйПосыпан у дверей,И мальчик покалеченныйГлядит, как иерейСправляет службу верную,О милости моля…И ждет зарю вечернююПлачевная земля.<p>«Война – это гиблое дело…»</p>Война – это гиблое дело,Но пусть сохранятся на нейНе те, что стреляют умело,Не те, что доспехом сильней.Молю, но не слышат снаряды —Глухие болванки войны.А те, что выцеливать рады:«Попали!» – злорадства полны.Открыты глазные воронкиИ некому тихо смежить,А детские руки так тонкиИ некому накрест сложить.<p>Тихо шагну я</p>Тихо шагну я, возникший из праха,В круг от лампады, не знающей тени.Лишь бы не стала духовная плахаСамым бессовестным из заблуждений!Молнии взмах – и останется громуСущность разваливать на половины.Лишь бы разъятые, как по-живому,Не возопили заслуги и вины.<p>И при слове «Россия»…</p>И при слове «Россия» – соборы и церкви,селенья, снега и снега,Красота неземная, молочные реки,кисельные их берега.И сосульки на Пасху – вкуснее на всембелом свете нигде не найти.И блаженство – у Бога за пазухойили в широкой Господней горсти.Это Русская Правда – превыше законов и прав,справедливей свобод.Сердобольный – рубаху отдаст,даже если последняя, – русский народ.Но… при слове «Россия» – до костного зуда,до свиста в гульбе и бегах,Погребают родимой державы обломки,зияют поля в овсюгах.<p>Венок</p>
