Тропою ароматов полностью

Аврора сильно изменилась не только в общении, но и внешне. Элена не сомневалась, что здесь сказалось влияние Моник и ее великолепного вкуса. Ведь та могла служить образцом стиля и элегантности. Рваные джинсы и черные футболки Авроры сменились платьями радужных расцветок, подчеркивающими фигуру. Наконец девушка перестала краситься и однажды появилась в магазине с новой прической. Элена и Моник потеряли дар речи от восхищения.

– Многие женщины готовы на все, чтобы иметь такой цвет волос, а ты прятала его под этим ужасным синим оттенком, – заявила Моник, восхищаясь янтарными локонами Авроры. Элена промолчала. Сейчас, глядя на мир уже глазами взрослой женщины, она лучше понимала бабушку и по-новому смотрела на собственные проделки. Вспоминая свои проказы и капризы, она испытывала стыд и неловкость.

Из дневника Беатриче

Духи сделали свое дело. Они оправдали самые смелые ожидания. Свадьба уже совсем скоро.

Никогда еще я не создавала ничего подобного. Таких духов не найдешь ни во Франции, ни где бы то ни было еще. Эти духи пахнут ночными прогулками в саду, нежностью солнца и влажностью ночи, утренней росой, когда первый луч солнца касается розового лепестка и освещает серебро облаков.

Он совершенно счастлив: смеется, радуется будущему богатству, словно уже получил все, о чем мечтал. Но мое сердце совсем не радо, он даже не догадывается, что отнимает у меня последнюю надежду.

Можно ли умереть от любви? Возможно ли пережить такие страдания и не умереть?

Я постоянно задаю себе этот вопрос. Мне хочется расплакаться, но я улыбаюсь. Его счастье стало моим проклятием, и виной всему только я сама. Я жила обманом, иллюзией, которая рассыпалась в прах.

Нам не быть вместе.

Часть меня умерла, но это уже неважно. Если бы он только сказал мне: «Будь рядом», я бы с радостью распласталась у его ног.

Но к чему думать о том, чего никогда не случится, это бессмысленно и жестоко. Он получил все, что хотел, и мне нужно уйти прежде, чем он сам прогонит меня.

Элена закрыла дневник и снова почувствовала, как в горле образовался комок. Сколько раз она перечитывала эти слова. Она уже выучила наизусть весь дневник, но от этого легче не стало. Боль проступала сквозь строки. Понимание, что ты читаешь не роман, а историю настоящей жизни, только добавляло грусти. Ведь это была не просто чужая жизнь, эта жизнь имела к ней прямое отношение, была ее собственным прошлым.

Элена снова задумалась об идеальном аромате Беатриче Россини, пытаясь отогнать грусть и чувство утраты, возникшие у нее после чтения дневника. Аромат Беатриче был прекрасен, ничто не могло сравниться с содержимым дивного флакончика – рыцарь приказал изготовить для этих духов специальный флакон из золота и преподнес его в дар своей принцессе.

Но как разгадать его формулу? Что в ней такого особенного? Нельзя забывать, что духи были созданы во Франции в XVII веке. Что в то время могло стать основой идеального аромата?

– Все читаешь?

Элена оторвалась от дневника и посмотрела на Кайла.

– Никак не могу понять, что было в основе того аромата, и это меня раздражает. Я знаю, что формулу искали все поколения Россини, но в бабушкино время не было интернета, не была доступна вся та информация, которую теперь может получить каждый за считаные секунды. Меня ужасно злит, что я не могу понять, как Беатриче спрятала свою формулу.

Кайл подумал, что мог бы рассказать ей кое-что о своих изысканиях. У него появилась одна теория. Описывая замок рыцаря, Беатриче не указала ни названия местности, где он находился, ни имен заказчика и его дамы. Но Кайлу казалось, что он догадался, о каком замке идет речь. И если это так, тогда место, где была создана заветная формула, возможно, подскажет, как отыскать ее следы. Однако сначала ему нужно было убедиться, что он не ошибся, а для этого нужно было наведаться в Прованс.