Но Элена ясно чувствовала исходящий от него аромат. Даже сейчас, в машине, он обволакивал ее облаком пряностей, и в первую встречу она сразу почувствовала именно этот пронизывающий запах. Еще до того, как посмотрела в лицо незнакомцу.
– Видишь, я снова оказался прав. Ничего не поделаешь, придется тебе смириться.
Элена закатила глаза, протянула руку к магнитоле и включила радио. Через пару минут она снова нажала на кнопку и повернулась к Кайлу.
– Как думаешь, мы сможем найти ответы на наши вопросы в этом замке?
– Элена, успокойся. Все будет хорошо. Моя семья тебя полюбит, сама увидишь. Иначе просто невозможно, поверь. Ты умеешь отыскать путь к сердцу каждого, проникнув через потайной ход, ты подбираешь ключик к любой дверце. От тебя невозможно просто отмахнуться. А про наши поиски… Я не знаю, что ответить, ответ ждет нас в замке.
В машине снова воцарилась тишина. Кайл потер подбородок и повернулся к Элене. Она скрючилась на переднем сиденье в такой позе, словно надеялась, что ее никто не заметит.
– Что с тобой? Хочешь, сделаем привал? – мягко спросил он.
– А нельзя просто сказать, что ты меня любишь?
Кайл улыбнулся.
– Мне кажется, этого недостаточно. Сейчас я не могу тебе всего объяснить. Помнишь, что я говорил о времени? Мы уже очень многое обсудили, разве не так?
Элена презрительно фыркнула.
– Время, малыш… и так далее, и тому подобное. Знаю, знаю…
Они проехали еще несколько километров в полном молчании. После Авиньона свернули с шоссе на небольшую дорогу, которая вела в долину. Скоро холмы сменились широкими полями. На небольших возвышенностях виднелись отдельные домики и небольшие деревушки. Разноцветный плащ из виноградников, оливковых рощ и цветов накрывал невысокие склоны.
– Вот мы и приехали, – заметил Кайл, указывая на каменные стены и массивные железные ворота. – Здесь у нас десять гектаров земли, на которых растут оливковые деревья, и тут же разбиты парники. Есть даже собственный ручеек. Ангус, так зовут моего отца, сделал искусственный пруд, и ручей больше не заливает поля. Дом наверху, на холме. Есть еще небольшая пристройка, где живет моя сестра Софи, а мой дом немного в стороне.
Элена заметила, как блестят глаза Кайла, когда он рассказывает о доме. В его голосе слышалась гордость: его семья немало потрудилась, чтобы придать этим полям нынешний ухоженный вид. Кайл и сам стал частью этого места. Нечто похожее чувствовала и Элена к бабушкиному дому. Не считая его своим, она все же понимала, что там ее корни. Поместье семьи Кайла называлось «Дамасская роза».
– А где мы остановимся? – спросила Элена с опаской.
– Дом у меня небольшой, но в нем две спальни, так что, думаю, места нам хватит. Так будет спокойнее. Если моя мать к тебе привяжется, от нее не избавишься.
«Час от часу не легче», – подумала Элена.
– Ты сказал ей, что твоя подруга беременна?
Кайл промолчал.
Элена облизнула губы и добавила:
– Не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы с родными.
– Не волнуйся, это не проблема. Мы уже приехали, – заявил он, делая вид, что не слышал вопроса.
Даже если бы Элена захотела продолжить этот непростой разговор, то и дело прерываемый длительным молчанием, теперь это было уже невозможно. После того как железные ворота откатились в сторону, машина въехала на небольшую площадку, покрытую гравием. Рядом возвышались старые стены, напоминая о том, что когда-то на этом месте стояла мельница. Остатки деревянного колеса еще виднелись в водах ручья. Дом стоял справа, недалеко от потока. Было очевидно, что по сравнению с прочими постройками хозяйский дом возведен не так давно: над местностью возвышалось трехэтажное здание из белого камня. В полуденном свете казалось, что его аккуратные голубые рамы приветливо улыбаются. Под деревянным козырьком стояло несколько глиняных кувшинов, напомнивших Элене о родном флорентийском доме. И еще – повсюду были розы. Элене никогда не приходилось видеть их в таком количестве. Они вились по стенам, торчали из горшков, красовались на грядках. Красные, желтые, белые, всевозможных оттенков и форм, вытянутые, удлиненные и пышные, похожие на чашу. Иные бутоны были простыми и элегантными, другие напоминали плотные шарики.
Кайл припарковался у главного входа, вышел из машины, обогнул ее и помог Элене выбраться наружу.
– Ну наконец-то, я уже думала, что вы не приедете!
К ним уверенным шагом приближалась пожилая женщина. Ее облик хранил следы былой красоты. На лице сияла любезная улыбка.
Элена попятилась.
– Не бросай меня, – тихо сказала она.
Кайл взял ее за руку и крепко пожал:
– Ни за что!
– Мы ненадолго остановились, чтобы полюбоваться окрестностями, – ответил он. – Мам, познакомься, это Элена.
– Само собой, кто же еще? – ответила Элизабет, сжимая в объятьях любимого сына. – Добро пожаловать в наш дом, милая. И если мой сын будет так любезен отпустить тебя, я даже смогу пожать тебе руку.
– Спасибо, – прошептала Элена.
