Он медленно приставил ее ко второй, оперся ладонью о шершавую холодную стену, нахмурился и поднял голову кверху. Взгляд старшего инквизитора наткнулся на следующий виток лестницы, но вряд ли мужчина уловил, на что смотрит. В его сознании продолжала выстраиваться невероятная по своей сути цепочка.
Узнать, в какой обители появится артефакт, невозможно, стало быть, нападения в дороге до хранилища быть не могло. Чашу могли забрать только из хранилища, а это означает лишь одно – тот, кто организовал всё это, имеет непосредственное отношение к…
– К королю, – негромко протянул инквизитор.
Доступ в хранилище артефактов строго ограничен. Возможность войти туда имеют всего несколько человек, и все они носят королевскую фамилию. Простой служащий вынести артефакт не сможет, как не сможет скрыть, что ему вручили магическую реликвию. Нет, забрать чашу должны были только оттуда, откуда это сделать невозможно, если ты не Аталлер. Только для этого нужно быть отчаянным смельчаком или безумцем, потому что сведения об артефакте появятся в королевской канцелярии…
– Или не появятся, если постараться, – усмехнулся Эйдан. – К бесам.
Да уж, заговор набирал высоту, как та самая лестница, на которой он сейчас стоял. Если в деле замешана королевская фамилия, можно предполагать и переворот, даже не магический. Только ведь к правителю Антара недоверия в народе не было. Не слышался недовольный ропот, не блуждали революционные настроения. В жизни антарцев была стабильность, с голоду не пухли, цены не вытрясали карманы. Имелись, конечно, чиновничьи грешки, да и прочие мелочи, но никаких предпосылок к бунту.
– Любопытно, – пробормотал Виллор и продолжил подниматься.
На середине подъема он остановился и шумно выдохнул. Шейд обладал отличной физической формой, но и он начал ощущать усталость. Как старик преодолевал это расстояние для своих прогулок, оставалось только гадать. Еще через несколько витков Эйдан ощутил прилив раздражения. Чтобы издеваться над собой в течение нескольких месяцев, у старика должен был иметься весомый повод, и старший инквизитор собирался вытрясти его из магистра. А если окажется, что преодолел эту высоту напрасно, и Бирте там нет…
– Убью Несси, – кровожадно прошипел старший инквизитор.
Однако куратор был здесь, и это, признаться, изумило Виллора. Все-таки в глубине души он не особо верил, что Бирте ходит сюда. Но вот он, стоит, опершись на круглые металлические перила, и смотрит вдаль. Холодный ветер треплет седые волосы, хлопает полами мантии, словно крыльями, но старик даже не ежится. Только чуть щурит глаза, да время от времени смахивает влагу, которую выбивает ветер.
– Я ждал тебя, мой мальчик, – сказал Бирте, когда Эйдан встал рядом с ним.
– Сейчас? – спросил Виллор, устремив взор в ту же сторону, что и магистр.
– С того дня, как ты принес мне эту проклятую книгу, – на впалых губах куратора появилась улыбка. – Она занятная, надо признаться. Понимаю, почему это стихотворение запало тебе в голову. Я сам его заучил наизусть, не сознательно, запомнилось как-то сам собой.
– Стало быть, книга уцелела, – шейд скрестил на груди руки и развернулся к Бирте.
– О нет, Эйдан, она сгорела, – куратор на мгновение обернулся к своему подопечному. – Но не вся. Часть артефакта пожрал огонь, но небольшая часть так и осталась не тронутой, только уголки немного обгорели. От обложки остались лишь металлические украшения, а вот из середины сохранились страницы. Знаешь, он скрыл нужную информацию среди шлака. Если бы ты взялся за эту книгу всерьез, то обнаружил бы это, я уверен. Нумерация подсказала мне, как было скрыто послание Древнего.
– Почему не отдали в хранилище то, что осталось? Если книга не сгорела…
– Не смог, – Бирте снова улыбнулся. – Когда начал читать… Втянулся, представляешь? У меня сейчас так мало занятий и развлечений, и вдруг такой подарок. Бесова книга заняла все мои мысли. А когда я понял, о чем речь, отдавать побоялся. Особенно теперь, когда скрытый смысл стал явным. Я покажу тебе.
– А стилет? От него же шел фон.
– Сложно заметить то, что лежит не под носом. В мою спальню заходит только слуга, а у него перстня нет. А через месяц фон исчез совсем, он и был-то слабым, когда ты привез реликвии. Но, если уж честно, то первое время я даже не вспоминал о стилете. Меня захватили уцелевшие страницы. – Бирте неожиданно развернулся к Эйдану лицом и снова улыбнулся: – Ты, наверное, сломал голову, раздумывая, зачем я таскаю сюда свои старые кости?
– Подозреваю, что гонит вас сюда всё тот же Валбор, – усмехнулся старший инквизитор.
– Ты, как всегда, прозорлив, мой мальчик, – старик сжал плечи шейда узловатыми пальцами. – Идем, ты сейчас сам всё поймешь. Идем.
Он выпустил Виллора из слабого захвата и направился уже к лестнице, но Эйдан спросил:
– Там ведь написано об управлении сознанием? – и куратор, обернувшись, удивленно приподнял седые кустистые брови.
– Управление сознанием? – переспросил Бирте. – Нет, там другое. Вся его книга – это указание пути. Идем, не будем задерживаться, я совсем промерз на ветру. Немного терпения, и ты сам всё увидишь.
