На этом разговор был окончен, и инквизитор направился в зал, где проходил Совет. Он уже взял себя в руки, стал снова собранным. Вопросы, которые ему будут задавать, шейд предугадывал и лгать не собирался… только умолчать кое о чем. И кто был инициатором спешного сбора Совета, Эйдан тоже понимал. Сатллер. Этому не терпелось навешать всех собак на вечного соперника, с которым самый молодой магистр привык соревноваться.
Шейд потер подбородок, задумчиво глядя в затылок посланника Совета. Итак, осталось пять магистров. Если Линис во всем честен, то четыре. У одного из них хромоногий секретарь, второй ненавидит Виллора и не упустит случая расправиться с ним. Но ненависть не доказательство вины, а вот повод стать чьей-то марионеткой – отличный. Умный манипулятор может легко управлять Сатллером. Сатллер и Гетик – они оба могут попасть под чужое влияние. Россан вполне самостоятелен, но фанатичен. И на этом тоже можно сыграть, если знать, по каким струнам ударить. Вайрет… Бирте отметил его как человека, который занимает свое место. Эйдан был с этим вполне согласен, и всё же…
– Линис, – прошептал старший инквизитор.
Нет, доверия к этому магистру так и не прибавилось. Он вполне мог манипулировать тремя из четырех магистров. И водить за нос самого Виллора тоже. Впрочем, Линису было по силам стать дирижером всего оркестра, но также он мог оставаться непричастным к заговору, красная нить которого вела в столицу.
– Подождите, брат старший инквизитор.
Эйдан послушно остановился у дверей залы Совета, ожидая, пока посланник доложит, что он прибыл. Шейд тряхнул волосами, отгоняя прочь лишние сейчас размышления, отдернул полы сюртука и, невольно коснувшись снаружи внутреннего кармана, где сейчас лежали страницы из книги Валбора, усмехнулся. Разобраться хотелось и в этой загадке. А еще, наконец, всё выяснить про Нерату, чтобы понять больше о лже-ведьме и ее действиях. Тогда, возможно, удастся разобраться и в происходящем в обители. Картина, которая начала складываться, не позволяла отвернуться от этой версии.
– Входите, брат старший инквизитор.
Посланник замер в открытых дверях, склонив голову. Виллор шагнул в залу и поприветствовал магистров.
– Проходите, брат Виллор, – произнес магистр Вайрет, и шейд преодолел расстояние, которое его еще отделяло от стола, за которым располагался Совет.
Эйдан присел на седьмой стул, приставленный для посетителей. Он отличался от кресел магистров, давая ощутить, что ты всего лишь гость. Впрочем, обусловлена посадка за овальным столом была лишь тем, чтобы никому из глав Ордена не приходилось выворачивать голову, когда они хотели кого-то выслушать. Виллор накрыл ладонями столешницу и посмотрел на свободное кресло. Протяжный вздох удержать не удалось, до того ясно представился шейду его куратор. Эйдан увидел и мягкую улыбку, и толику лукавинки в проницательных умных глазах Бирте, и его подбадривающий кивок.
– Нам тоже будет его не хватать, – грустно улыбнулся Линис, проследив взгляд инквизитора. – Он был мудрей нас всех вместе взятых.
– Какая утрата, – уголки губ магистра Россана скорбно опустились вниз.
– Да уж… – вздохнул Гетик и покачал головой.
– Мы сохраним память о магистре Бирте в наших сердцах, – Вайрет тоже смотрел на кресло покойного.
– Магистру Бирте мы еще окажем почести, когда встанем у его гроба, – с легким раздражением произнес Сатллер. – А сейчас стоит поговорить о том, зачем мы здесь собрались.
– Грубо, но по существу, – усмехнулся Вайрет.
Россан и Гетик с неодобрением взглянули на самого молодого собрата. Линис откинулся на спинку кресла, уперся ладонью в край стола и, не скрывая насмешки, сказал:
– Понимаю вас, брат Сатллер. Жизнь продолжается, и нам не стоит оттягивать известия, которые касаются брата Виллора.
Эйдан посмотрел на Линиса, но взгляд того был прикован к собеседнику. Сатллер скривился.
– Старик был не в своем уме, и я не понимаю, почему мы должны…
– Побольше почтения! – вдруг прогрохотал голос Россана. – Ты еще и на малую толику не заслужил того уважения, что было у Алониса!
– Я немало служил Ордену…
– Как любой из нас, – заметил Вайрет.
Сатллер бросил на него злой взгляд исподлобья и отвернулся. Линис криво ухмыльнулся, Вайрет покачал головой. Россан сердито хмурился, бросая короткие взгляды на молодого собрата, только Гетик, переводивший встревоженный взор с одного магистра на другого, вскинул руки и воскликнул:
– Братья! Зачем вы спорите?
– А кто спорит? – удивился Линис. – Каждый высказал свое мнение.
– И показал истинное лицо, – тяжелый кулак Россана опустился на стол.
– Да, неприглядный лик, – согласился Вайрет. – Однако отложим препирательства. В конце концов, мы пригласили брата Виллора вовсе не для того, чтобы он любовался происходящим.
– Брат Сатллер просто еще молод… – попытался заступиться за собрата Гетик.
– Брат Виллор еще моложе, но никогда не позволял себе неуважительных высказываний, особенно в адрес братьев, чьи тела еще даже не успели остыть, – ответил Россан.
– Еще надо разобраться, не брат ли Виллор помог магистру Бирте остыть, – ядовито бросил Сатллер и снова отвернулся.
