– Простите моё невежество… Царь, – разведя руки в стороны Слуга чуть присел, одновременно склоняясь в поклоне: – А Истр? Царь Истр? Мудрейший и Благороднейший муж? Где он? Когда меня нанимали, то я ясно слышал, что он, взяв с собой чуть более пяти сотен лучших воинов, уже здесь! Я спешил как мог, желая встать рядом с ним против сил Империи. Я…
– Ты – опоздал! – Не меняя ни позы, ни выражения, бросил Клеоптр: – Великий Истр погиб. И теперь я – Царь.
– Баллистами накрыли, – начал было пояснять капитан, как упавшая ему на плечо рука Клеоптра, заставила его замолчать.
– Не трать своё время на питомцев Подлейших, – выплюнул оскорбление прямо в лицо Слуге он: – Что они, что другие, суть одна. Отродье мерзких предателей, – кивнул Клеоптр в сторону площади, где сквозь шипение, редко-редко, но всё ещё доносились крики людей.
– Но царь, – Ланодель вновь склонился в поклоне, более глубоком, чем предыдущий: – Слуги не воюют и никогда не воевали с Звездорождёнными!
– Конечно не воевали! Вы просто боитесь нас! Трусы!
– Кле… Кхм… – Кашлянув, Благоволин подошёл к нему и почтительно взяв под руку, отвёл в сторонку: – Царь Клеоптр, на пару слов.
– Тебе не кажется, – оттерев царя к стене, навис над ним капитан: – Что несколько… Эээ… Необдуманно нарываться и хамить человеку, за спиной которого стоит такой монстр?
– Он – Слуга! Он почитает Древних и, значит, он – враг! Я скорее погибну, чем…
– Угу, – прервал его Благоволин: – Ну, сдохнуть, это нам – раз плюнуть. А Астерию свою на кого оставишь? Людей своих бросишь, значит, да? Ты об этом подумал? Ты царь, или так, побаловаться эту должность взял?
– Об Астерии? – Краска прилила к лицу Клеоптра: – Но…они же – враги Отцов.
– А ты – царь. И думать о своих, прежде всего, обязан. Вот тебе лично, Звездорождённым твоим. Да-да, теперь твоим – ты же за главного? Вот вам всем – Слуги что-либо плохого сделали?
– Мы ни разу не встречались с ними на поле боя, – опустив голову, признался Клеоптр: – Но это не меняет того, что…
– Что они враги давным-давно пропавших Отцов? Я помню. Но сейчас, нам лучше иметь их хотя бы в нейтралах. А войну им, ты объявить всегда успеешь.
– В твоих словах есть зерно мудрости. Я смирю свой гнев. До времени.
– Спасибо. Рад, что ты проявил мудрость, о царь Астерии. Если ты позволишь, – отступив на шаг, капитан склонил голову, прижав руку к сердцу: – То переговоры продолжу я.
Молча кивнув в ответ, Клеоптр отошёл к дверному проёму, где и застыл, привалившись к косяку.
– Царь поручил мне вести переговоры, – подойдя к Ланоделю, громко объявил Благоволин, продолжив уже гораздо тише: – Мы к Порталу шли, надеюсь, ты мешать нам не будешь?
– Не смею чинить препятствий столь доблестным воинам, – без выписывания в воздухе руками кренделей, поклонился Слуга: – Напротив, если вы не сочтёте моё общество излишним, то я с радостью сопровожу вас. По Городу рыщут легионеры, их, конечно, все переловят мои питомцы, но зачем вам испытывать судьбу?
– Согласен, – покосился на возвышавшуюся над ними тушу ящера, капитан: – Дося! – Повернулся он к проёму: – Бери Чума и Игоря. Идём к Порталу. Царь?
Всё так же молча, и сохраняя на лице презрительно-гадливое выражение, Клеоптр отлип от стенки и двинулся по улице в сторону торчащих в её конце каменных пальцев.
– Не любит он нашего брата, – вздохнув, тихо произнёс Слуга, глядя в спину царя: – Более десятка тысячелетий прошло, ан нет… Всё нас за врагов почитает.
– Воспитание, – извиняясь развёл руками Благоволин, неторопливо шагая рядом с ним: – Но, надо признать, репутация у вас, простите, если обижу, не супер. Вот то же Единство. Всех под одну гребёнку. А как же индивидуальность?
– Ааа… Понимаю. Это вы по разговору с Истаэлем так решили? Ну с тем, кто на Милавиэлюсиэле, тьфу, дали же имечко планете. Он на Милаве старшим был?
– Я сам с ним не общался, но вот мои товарищи, – капитан махнул рукой вперёд, указывая на спины шедших впереди: – В общем они недовольны были.
– Истаэль исказил Учение, – покачал головой его спутник: – Создал себе личный рай и наслаждался. Сейчас его мир исчисляется камерой три на три шага.
– Жёстко.
– Отнюдь. Для Слуг Единство – это всё. Оно их сплачивает, даёт силы, позволяет…
– Вы так говорите, – остановившись, Благоволин пристально посмотрел на Ланоделя: – Будто вы сами не относитесь к ним. Вы же тоже – Слуга?
– И да, и нет. Да – я принадлежу к славному и сильному народу Слуг, бывших первыми среди первых помощников Древних. Нет – я изгой, мало почитающий Учение.
– Вы?!
– Разве по мне не видно? – Провёл он рукой по броне: – Единство не особо поощряет индивидуальность, а быть серым на сером фоне мне не хотелось. Вот меня и изгнали. Так что, хоть я и Слуга, но… – Махнув рукой, он двинулся к порталу, оборвав сам себя.
– Извините, – нагнав его, Благоволин зашагал рядом: – Не хотел вас обидеть.
