– Проход готов, повелитель, – вздохнув, он отошёл на пару шагов: – И… Клеоптрик… Помнишь, я так называл тебя, о царь, в молодости?
– Да. Помню, – недовольно поморщившись, Клеоптр повернулся к старику: – Что тебе? Говори быстро – меня ждут важные дела.
– Ты… Не забывай старика, ладно? – Произнёс заискивающим тоном, как-то сразу съёжившися, Евстахр: – Навещай, хоть изредка. А?
– Царь подумает над твоими словами, – надменно выпятив губу, Клеоптр шагнул в облако, махнув рукой остальным. Истолковать его жест иначе как – «пошевеливайтесь», было нельзя.
– Он – навестит, – замыкавший втягивавшуюся в туман колонну, Благоволин подошёл к обмякшему старику, влажными глазами наблюдавшему как посетившие его воины один за другим исчезают из виду: – Обязательно навестит. Обещаю!
Ободряюще похлопав его по плечу, капитан развернулся и вошёл в туман, где только что пропали из виду его товарищи.
Путь до пещеры много времени не занял.
Прежде чем зайти внутри, капитан чуть придержал Клеоптра за локоть: – Скажи, Клеоптр, – насильно развернув его к себе лицом, посмотрел ему в глаза Благоволин: – Там, у Евстахра. Как тебя понимать? Что ты нёс?! Мы, вообще-то вместе там были, а тех подвигов, о чём ты пел – так ты и половины от рассказанного не сделал?!
– Я слегка приукрасил свои деяния, – дёрнулся было тот, желая высвободиться, но капитан держал крепко: – А что до моих подвигов, – дёрнувшись сильнее, он вырвал руку из захвата Благоволина: – То, что делают Первые воины Царя – считаются Царскими свершениями.
– Забей, – подошедший Чум, хлопнул Клеоптра по плечу: – Ну, захотелось мальчику позвездить, вот он и оторвался. Так, Кле?
– Клеоптр. Царь Клеоптр. – Дёрнув головой, он посмотрел на черноту пещеры: – Здесь, в это мире, я прощаю вас. Но учтите – дома, за подобное обращение ко мне, вас будет ждать наказание.
– Ах, простите, ваше высочество! – Сильный толчок, отправил царя вглубь тьмы: – А что? – Повернувшись к остальным, Чум пожал плечами: – Он же сам сказал – здесь можно?
Выйдя из пещеры, Клеоптр, как и прошлый раз, первым делом снял шлем и, опустившись на одно колено, поклонился домашнему миру.
– Фухх… Наконец-то! – Появившийся из темноты Чум, тоже стащив с головы порядком надоевшую каску, втянул было полной грудью свежий воздух, но закашлявшись, закрутил носом принюхиваясь: – Мясом горелым пахнет, – сообщил он спустя минуту остальным, только что вышедшим на свет.
– Богом клянусь – тут всё пропахло горелым мясом! Они что – готовить не умеют?!
– Каким мясом? – Снявший, как и все шлем, Игорь, несколько раз сильно втянул в себя воздух: – Ничем здесь не пахнет.
– Ты с ним не спорь, – хмыкнула на его слова Дося: – Чум еду за десяток ка-мэ чует. И, если он сказал – мясо подгорело, то так оно и есть.
– Мясо, говорите? – Поспешно надевший шлем обратно, Благоволин, подошёл к краю площадки: – Идите сюда, – поманил он к себе остальных: – Да и шлемы наденьте – в них оптика хорошая. На город гляньте, – вытянул он вперёд руку, указывая направление.
Приближенная умной оптикой картина заставила всех непроизвольно вскрикнуть – город горел. Точнее было бы сказать – догорал, слабо дымя обращёнными в руины домами.
– Астерия! – Рухнувший на колени Клеоптр вытянул в сторону дымов руки: – Кто… Что они сделали с моим царством?!
– Походу царство твоё – того, вместе с обещанным пиром, – хлопнул его по плечу Чум: – Подъём царь! – Нагнувшись, он силой поставил его на ноги: – Пошли вниз. Надо разобраться – что за сволочи оставили меня без заслуженного ужина!
С дороги, по белым плитам которой было так приятно переставлять гудевшие от усталости ноги, они сошли, когда до реки оставалось метров пятьсот. Своё решение Благоволин объяснил просто: – Мост может быть под наблюдением. К чему нам лишний риск? Пройдёмся вдоль берега, отыщем брод, или узкое место, да и переправимся. Тихо, спокойно, и не беспокоя гостей своим присутствием.
Последние, впрочем, не заставили себя ждать.
Стоило только отряду отойти от моста сотни на четыре метров, как на другом берегу появились три фигуры. Затянутые в облегающие тело белые одежды, они резко контрастировали на фоне буйной зелени, но, судя по их расслабленным движения, данный факт беспокоил пришельцев меньше всего.
– Это же… Отцы! – Вскочивший было на ноги Клеоптр, тут же рухнул в траву, сбитый с ног подсечкой капитана.
– За что? Вы не видите? Это же Отцы?! – Лежа на спине, он недоумённо посмотрел на Благоволина: – К ним надо! Они благословили нас своим присутствием!
– Они сожгли твой город, – прижимая его к земле, навис над ним капитан: – А кроме того – враг мог знать куда идёт, и замаскировался. Под Отцов твоих.
Пока они так беседовали, троица, бывшая на другом берегу, разделилась. Двое, двинулись назад, при этом, один из них, совсем по-человечески махнул рукой оставшемуся. Истолковать этот жест иначе, как – "Ну и чёрт с тобой", было нельзя.
