— Последний шанс, — прошипел Радим. — Беги, червь, куда приказано, и пой так громко, как только сможешь. Клеймо на твой груди всегда скажет мне, где ты, и что делаешь. Еще раз ослушаешься, и все, твоя душа отойдет мне.
— Я все сделаю, — лицо Борца искривилось, на нем появилось мерзкое плаксивое выражение, он был сломлен и жалок.
— Я услышал, — прошипел Вяземский. — У тебя есть ровно полчаса добраться туда, где ты уже должен быть. Если нет, ты мой. — И тут он рявкнул на всю комнату, — беги, червь, беги, — а потом захохотал.
Блондинка, услышав голос из пустоты, моргнула своими длинными ресницами и отправилась в обморок, а Борец вскочил с колен и просился на выход из комнаты.
Радим же усмехнулся и направился обратно к зеркалу, в котором был открыт проход в его квартиру.
Дальше все пошло по накатанной. Упырь прыгнул в гелик и рванул из дома, едва не снеся ворота. Радим следил за маршрутом через зеркало заднего вида. Не прошло и двадцати минут с их разговора, как мерседес уже влетел на стоянку следственного комитета. Почему он решил поехать сюда, Вяземский не знал, но результат его вполне устраивал. Он едва не расхохотался, когда в допросную зашел, ни кто иной, как его старый знакомец майор Агапов.
Допросная тут была в лучшем стиле Голливуда, с двусторонним зеркалом, через которое на не замолкающего ни на секунду бандита пялились сразу человек двадцать. Ну и Радим смотрел спектакль с покаянием через стекло, жаль только, оно звук не передавало.
Сеанс продолжался четыре часа. Наконец, Борец выдохся и его, заковав в наручники, увели, но это было только начало.
Радим улыбнулся и деактивировал руну дальнего взгляда, откинулся на спинку дивана, после чего заглянул в особняк бандита и обнаружил там ребят из следственного комитета, которые уже бодро перерывали его вверх дном. Быстро просмотрев бумаги, и ничего в них не поняв, Вяземский открыл дорогу в коттедж и зашвырнул их в одну из комнат, куда только должны были наведаться следаки.
А потом началось самое приятное, он залез на сайт по автопродажам и принялся искать замену своему старенькому Ленд Роверу. Его выбор пал на черный Jeep Wrangler, довольно-таки свежий, и ценой в три миллиона с четвертью. Договорившись о встрече с владельцем, Радим отправился смотреть тачку. Хозяин без вопросов согласился отогнать ее к знакомому автомеханику для осмотра, и уже через три с половиной часа Вяземский снова был на колесах. Доллары перекочевали в карман продавца, в документы были оформлены в один момент, и с ГББД никаких проблем не возникло. Так что, к вечеру Радим уже крутил баранку собственной машины. Тачка была поновее его старого внедорожника, комфорт и начинка, все на уровне, так что, он не жалел, и оплачена она была не из его кармана, вернее из его, но все же левак.
Зазвонил служебный телефон высветивший номер Бушуевой.
— Слушаю, товщь подполковник, — с легкое, едва заметной иронией произнес он, беря трубку.
— Дикий, это ты кашу заварил? — поинтересовалась она весело. — Весь город на ушах стоит, все в разгоне, десятки обысков, число задержанных приближается к полусотне.
— Я, — ответил Вяземский. — Правда, я молодец?
— От скромности ты не умрешь, — рассмеялась Бушуева. — Но ты действительно красавчик. Одна ночь, а такой результат.
— Только в Москву не сообщай, — попросил Радим, — им это без надобности. Если сами пронюхают, я разберусь.
— Договорились, — легко согласилась Ольга. — Все, пошла, сегодня буду до ночи занята в управлении, а в субботу мы с девочками встречаемся в гипермаркете, нам закупки пора начинать. У тебя замечательные друзья. Увидимся завтра вечером.
— Хорошо, — легко согласился он, — до завтра, милая.
Веселым выдался этот новый год. Радим стоял у мангала, на котором рядком лежали одиннадцать больших шампуров, за его спиной в главном зале коттеджа прекрасная половина человечества сервировала стол. Мужчины сидели на плетеных креслах на веранде и трещали за политику, до полуночи оставалось два с половиной часа.
Стас поднялся и направился ко второму мангалу, где запекались овощи, и так пожевать, и на салат.
— Может быть, тебе помочь? — предложил он, проверяя готовность.
— Знаешь же, что отвечу, — отмахнулся Радим.
— Конечно, знаю, — втягивая носом аромат жаренного мяса, ответил друг. — Поговорить о том, что случилось, некогда было, — произнес он. — Может, расскажешь, как ты попал на службу в ведомство «плаща и кинжала»?
— Случайно вышло, — вертя шампура и сбрызгивая их маринадом, ответил Вяземский. — Правда, случайно. А как? Это уже государева тайна, и говорить я насчет этого не имею права.
— И, конечно, ты не скажешь, кто твою машину взорвал?
— Вот тут без понятия, — соврал Вяземский. — Хорошо, заначка на черный день была, и я себе джип прикупил.
— Да уж, серьезный агрегат. И в городе не стыдно показаться, и по бездорожью пройдет.
— Секретничаете? — раздался у них за спиной голос Ольги. — Я вам тут принесла немного счастья.
