Об интервью для «Либерти». Я уже писал Саймону и Шустеру, что больше не буду давать интервью, так как это у меня отнимает много времени. Американские газетчики считают, очевидно, что я знатный иностранец, которому нужна трибуна для пророчествования. Они ошибаются. Я — журналист, и если им нужны мои статьи, пускай обращаются ко мне. Я готов ответить на вопросы «Либерти» лишь в том случае, если они будут рассматривать мои ответы как статью и, следовательно, соответственным образом оплатят ее. Они же должны оплатить и перевод. В случае получения вопросов от «Либерти» я не буду отвечать, пока не получу от них телеграфного подтверждения, что они будут рассматривать ответы как статью.
Посылаю вам сегодня главу о крестьянстве. Я очень рад, что вам понравилась национальная глава. Сейчас я работаю над повествовательной главой, которая должна завершить книгу, как вы совершенно правильно указываете.
Крепко жму руку.
Ваш
Только что получил чрезвычайно интересное письмо из Москвы через Берлин. Посылаю вам копию той его части, которая представит для вас большой интерес и которую вы немедленно сможете использовать для американской печати, прежде всего для вашей статьи в «Либерти». За достоверность письма можете взять на себя полную ответственность.
Одновременно с этим прилагаю свое «Открытое письмо ЦИКу»[688], хотя думаю, что оно уже дошло до вас и без того. Эти два документа (московская корреспонденция и мое «открытое письмо») придадут вашей статье полную актуальность. Если же статья будет достаточна и без этих документов, то вы можете их использовать отдельно, развернув, комментировав и литературно «размазав» содержание московской корреспонденции. Разумеется, надо принять все меры к тому, чтоб она не казалась направленной против Советского Союза, а исключительно против Сталина и его клики. В этом отношении вам может пригодиться моя последняя брошюра «Немецкая революция и сталинская бюрократия»[689], особенно глава «Противоречие между экономическими успехами СССР и бюрократизацией режима».
Уважаемые товарищи!
Прилагаю для вашей информации два письма, полученные от группы Ландау. Первое письмо требует, чтобы с моих немецких брошюр снято было объявление о «Перманентной революции»[690]; при этом условии группа Ландау великодушно берется их распространять. С группой «Перманентной революции» эти господа не могут, видите ли, объединяться ввиду ее оппортунизма: «Ленин учил непримиримости» и пр.
Предложение имело настолько нелепый характер, что я на него, разумеется, не ответил. Спустя некоторое время я получил от той же группы второе письмо, в котором предлагается уже «блок» организаций левой оппозиции. Для создания «блока» предлагается конференция в Берлине: нам предоставляется назначить для этой конференции двух представителей; группа Ландау назначит двух со своей стороны.
Хотя мы достаточно хорошо знаем из двухлетней практики эту безыдейную и интриганскую группу, все же предложения ее не могут не вызывать изумления. Сперва они заявляют, что наша организация оппортунистична и поэтому они не могут с ней работать. Не получив ответа, они предлагают блок с оппортунистической организацией.
Что они понимают под «блоком», им, конечно, самим неясно. «Блок» можно заключить для каких-либо определенных практических действий. Они же имеют в виду не временный блок, а постоянную федерацию. Строить работу на принципе федерации — если бы дело даже шло о серьезной группе! — противоречит азбуке демократического централизма. По каждому вопросу договариваться с группой Ландау, как с великой державой! Если для совместной работы есть общая почва, то надо говорить об объединении. Однако же опыт совместной работы показал, что общей почвы нет. Несмотря на наше слишком терпеливое отношение к этим политически и морально разложившимся элементам, они сами поняли, что им не место в наших рядах. Теперь, убедившись, что наша организация растет, а они остаются в стороне бессильной группой, эти господа предлагают «блок», т. е. федерацию интернациональной левой оппозиции с их «направлением». Другими словами, они хотят, чтобы мы согласились присоединить к нашей организации аппарат деморализации и саботажа.
Я, разумеется, не ответил и не собираюсь отвечать им. Левая оппозиция не заслуживала бы никакого внимания, если бы она не училась на собственном опыте проверять группы и людей не на основании дешевых формул, а на основании действительной их работы. Не сомневаюсь, что в рядах Интернациональной левой оппозиции ни один серьезный революционер не подаст голоса за то, чтоб вступать в какие бы то ни было переговоры с обанкротившимися мелкими интриганами. Но так как у нас есть новые секции, мало знакомые с прошлым, то, может быть, небесполезно было бы разослать для информации всем секциям копии писем Ландау и мое настоящее письмо.