Песок шелестел, ноги погружались до голени, бархан сопротивлялся, не пускал на вершину. Наконец Дмитрий упал на брюхо, последние метры прополз на брюхе.
Непривычно тяжёлая винтовка высунула длинное рыло и нацелилась в тёмное небо. Вместо мушки на ней сидело нечто нелепое, вроде старинного радиопередатчика. Провод тянулся к палмтопу, на тёмном экране носились, как в бреду сумасшедшего математика, километровые ряды цифр.
Рядом послышалось движение. Ал-Мас тихохонько подполз, чёрные как ночь глаза с великим уважением следили за цифрами. Он был наслышан, что иной русский слесарь, не найдя денег на похмелку, может на скорую руку смастерить прибор, который не в состоянии разработать оборонные институты Империи Зла, и тут же продаст его за бутылку водки.
Винтовка русского друга была соединена с прибором, сделанным одним из таких умельцев, простым слесарем, которого поймали на изготовлении уникальных инструментов для бандитов. Теперь он сидит в закрытом КБ, работает на оборонку...
На экранчике цифры замерли, только последние в ряду постоянно сменялись, хотя винтовка лежала на песке недвижимо. Ал-Мас уважительно прошептал:
Она смотрит на звёзды...
А они, заразы, не стоят на месте, шепнул в ответ Дмитрий. Чёртова астрономия, тоже сошла с ума... Показывай, а то буду шарить до утра.
Палец Ал-Маса уперся в границу между звёздным небом и залитым лунным светом песком. Дмитрию показалось, что послышался скрип, а на небосводе осталась царапина.
Слева от башни... Нет, возьми ещё на два градуса левее... Выше, выше, сам понимаешь, что с высоты охват больше...
Тепловые локаторы юсовской станции за три мили засекали любое теплокровное существо, будь это человек или джейран. За две мили уже выдавали изображение на экран. Если масса в самом деле была близка к массе человека, то никогда не спящие и не играющие в кости автоматы поднимали тревогу.
Дмитрий помнил, что уже дважды группы бедуинов пытались приблизиться к станции без разрешения. Оба раза по ним открывали огонь. Оба раза оказывалось, что это просто гуляки или путешественники, безоружные. Местные власти приносили извинения, а юсовцы лишь больше утверждались в своей безопасности.
Конечно, индикаторы, настроенные только на тепло, это архаика. Уже давно существуют комбинезоны, которые отсекают тепло. Детекторы массы обманывает модернизированная модель комбинезона. Есть ещё датчики, реагирующие на движение, но, как говорится, на всякий газ есть свой противогаз...
Он просто чувствовал, что на этой станции пока не установили очень сложных датчиков. Здесь вообще никогда не было крайних течений ислама, а к Западу традиционно относились терпимо, без вражды. Потому их и смяли в первую очередь.
Дмитрий наконец поймал в прицел инфрадатчик. На крохотном экранчике цифры словно сошли с ума, лезли друг на друга целыми группами, наконец померкли, а в центре экрана засветился багровый круг. Дмитрий подкрутил винт, багровый круг начал уменьшаться. Ал-Мас возбуждённо дышал рядом, песок под его толстыми губами вздымался крохотными фонтанчиками.
Поймал, прошептал он возбуждённо. Ты поймал его, да?
Сейчас проверим, шепнул Дмитрий.
Не дыша, он чуть-чуть коснулся не спусковой скобы, а клавиши ввода команды. Некоторое время на экране багровый кружок оставался таким же зловещим, словно налитый кровью глаз чудовища, затем медленно сменился алым цветом, незаметно перетёк в оранжевый.
Он не погас, сказал Ал-Мас встревоженно. Получилось что-нибудь?
Ещё как, шепнул Дмитрий, словно юсовцы могли его услышать. Гасить нельзя, на пульт сразу поступит сигнал о неисправности. Тут же заменят! А так он у них работает, сканирует, подаёт на общий экран сигналы... но только теперь он замечает массу не мельче слонов.
Уже без дрожи поворачивая винтовку, отыскал своим устройством, которое называл просто антилокатором, ещё два, прихлопнул, то есть перепрограммировал, а тем временем у подножия бархана уже едва слышно заработал двигатель машины.
Ал-Мас попятился, отполз, вскочил и понёсся к боевикам. Он так подпрыгивал и размахивал руками, словно превратился в юного Ас-Зайдина.
Получилось! выкрикивал он вполголоса. Чувствовалось, как ему хочется заорать во весь голос. Быстрее в машину. Пока не опомнились...
Не скоро заметят, хотел сказать вдогонку Дмитрий, но смолчал. Удар надо нанести немедленно, хотя вероятность того, что кто-то из техников вздумает провести глубокую проверку инфралокатора, ничтожна. На станции слишком привыкли доверять своей технике, электронике, кибернетике. Ещё не знают, что русский слесарь в подвале на коленке в состоянии сделать то, что не в состоянии сделать их оборонные заводы. Вернее, это они знают, но почему-то уверены, что всех переманили длинным долларом к себе за океан. А кто ещё не перебежал, тот только и мечтает, чтобы его туда взяли...
