Тогда всё понятно, заговорила она со светлой улыбкой. А то когда я рассказала о тебе одному знакомому, он всё не мог понять такой жестокой расправы с наркобароном. В газетах писали, что вся семья была убита зверски... Теперь понятно, что это сделали русские, вы же звери! Правда, вы спасли тысячи американских школьников от смерти, так как поставки героина в мою страну почти прекратились... А тот, что всё-таки завезли, стоил так дорого, что не всякий взрослый мог купить...
Иван сердито покосился на Дмитрия. Он не знал, что его напарник когда-то спасал чертову Америку от наплыва наркотиков.
Теперь я понимаю, сказала Виолетта радостно. Её лицо раскраснелось, глаза блестели. Наши спецслужбы сотрудничают! Наши не могут выполнять некоторые... особо деликатные работы, у нас законы, общественное мнение, а вот вам, русским, можно... А вообще-то у наших стран много общего! У нас точно так же ехали осваивать Дикий Запад! А у вас Дикий Восток. Или Дальний Восток. А так всё похоже, даже всё одинаково!
Иван с облегчением перевёл дыхание. Похоже, он тоже удивился лёгкости, с какой американка приняла, что они из другого блока. Или она в самом деле считает, что весь мир уже пляшет под дудку Империи.
Да, это точно... согласился он поспешно. Даже золотишко у нас в копях одной пробы. У вас ехали в Колорадо, а у нас по всей Сибири мыли, копали, самородки доставали... Только одна особенность есть, есть...
Говорил он настолько загадочным тоном, что Ал-Мас тут же спросил жадно:
Какая?
Золото в Колорадо и в Сибири одинаковое, сказал Иван неторопливо. И ехали его добывать тоже совсем не дворянчики... Копали, отказывая себе во всем. Спали на камнях, ели всякую дрянь, погибали от цинги... Отбивались от бандитов, хунхузов, многие так и не выбирались из своих ям, гибли. Верно? Верно. Всё одинаково, ты права. Что в Сибири, что в Колорадо. Но вот когда наконец выкапывали те самые золотые самородки... гм... что у вас делали?
Она сказала счастливо, словно сама своими руками достала из земли пригоршню бесценных золотых самородков:
Кто-то клал в банк и жил на проценты. Но таких было мало. Все остальные покупали либо магазин, либо ресторанчик, либо основывали свои фирмы.
Иван переспросил:
Все?
Все, ответила она.
Иван оглядел боевиков странно заблестевшими глазами.
А теперь скажу вам, сказал он медленно, как поступали у нас... Вот наш мужичишка копал, замерзал, терял зубы от цинги, но наконец отыскал эти золотые самородки. Накопал, набил полную сумку. Возвращается из тайги в город... Ну, вот он входит в город. Грязный, голодный, с выпавшими зубами и кровоточащими от цинги деснами. Весь в лохмотьях, подошвы сапог подвязаны верёвками. Первым делом бросает в первую же лавку золотой самородок, берёт взамен мешочек золотых монет и разбрасывает по улице. За ним бежит толпа народу, понятно. Теперь надо одеться мужичку, понятно... Но не пойдёт же он просто так по улице? Да ещё по грязной?.. Понятно, ему тут же стелют под ноги лучшие шелка, всю дорогу устилают коврами. Самые богатые купцы выбегают навстречу, кланяются, зазывают в свои магазины. А он идёт, денежки разбрасывает направо и налево... Вот остановился перед одним магазином. Но не станет же входить как все люди? Тут же купец велит рушить стену для дорогого гостя, для почётного покупателя! Мужик милостиво заходит. Через пролом в стене. Смотрит. Выбирает самые дорогие ткани. Те, которые патриарху всея Руси на рясу, он берёт на портянки. Тут же садится, снимает сапоги и на свои вонючие лапы наматывает ткань, за метр которой можно купить имение!.. Приобувшись, идёт дальше... И так в каждом магазине: пробивают в стене для него особый проход... за всё платит, ессно... покупает только лучшее, лучшее... наконец добирается до лучшего в городе кабака. Понятно, за ним валит вся голытьба, которую он угощает. Неделю-другую вовсю гудит, поит коней шампанским, разбрасывает деньги пачками. Все гулящие девки его обхаживают...
Он умолк на миг, американка смотрит потрясённо, усмехнулся. Она широко распахнула прекрасные глаза:
Но это... это немыслимо!
Да?
Нелепо! Так не может быть! Вы придумываете такое... такое, что я даже не знаю!
Иван покачал головой:
Практически каждый золотоискатель... я говорю о русских золотоискателях, вот так входил в город. За пару недель спускал миллионы, затем снова возвращался в тайгу гнить заживо, в надежде найти снова золотую жилу. Иногда находил и во второй раз, и в третий, и даже в десятый. Но всякий раз заканчивалось одинаково. Не знаю, что уж в нашем характере?
Арабы переглядывались, посмеивались. Но в смехе, сдержанных улыбках, одобрительных взглядах Дмитрий видел странное понимание. Эти люди, ушедшие из благополучного города в эту продуваемую горячими ветрами пустыню, где днём камни лопаются от зноя, а ночью вода замерзает в ямках на песке, эти люди его понимают.
Чуть подбодренный, он возразил:
