Думается, читатель не посетует, если я приведу и еще одно стихотворение этого автора с комментариями, которые он дает в своем письме ко мне:
«Вчера видел такую картину. Около входных дверей в жилой барак возится воробей. Он уцепил клювом прядку пакли из паза и тащит на себя изо всей воробьиной мочи. Вытащил-таки и с этой куделькой куда-то улетел. Смешно и интересно — зачем она ему? Не знаю. И я написал. Оно глупенькое, хилое стихотвореньишко, но почему-то захотелось написать. Ведь бывает так: напишешь, порвешь, а на душе хороший осадок, как вроде что-то и в самом деле тебя касается и ты это сделал.
Что это? «Фауна»? Это самобытный, но сложный человек, Васин Андрей Павлович, мастер, как говорится, золотые руки, изобретатель, большой жизнелюб, поэт и философ, и в то же время характер, лишенный внутренней стойкости. Он работал, служил в армии, а потом решил посмотреть мир и отправился путешествовать по стопам Горького. Прошел от Вятки через всю Волгу к Каспию, на Кубань, оттуда через Москву в Ленинград прошел пешком, ни разу не садясь ни на пароход, ни на поезд, заходил во встречающиеся по пути усадьбы русских писателей и во все исторические места, и, в конце концов, был задержан за отсутствие постоянного занятия и места жительства. Из заключения он ушел на фронт, был чуть ли не на всех фронтах, кончил войну гвардии старшиной на Дальнем Востоке с двумя ранениями, с орденами и медалями. Потом случилась беда, как, к сожалению, не с ним одним, — запил и из-за водки совершил ряд мелких и глупых краж, и вот — в заключении. Здесь одумался, вел культурно-просветительную работу, вносил изобретения, получал одну благодарность за другой, не имея ни одного нарушения, и, в конце концов, был досрочно освобожден.
Скажите — разве это «фауна»?
Находясь в заключении, Андрей Павлович сотрудничал в своей специальной газете, писал в другие, писал стихи и интереснейшие, обстоятельные письма мне, исследуя в них весь, как он выражался, «преступный процесс» — от его зарождения до искоренения, до пробуждения совести.
