— Без меня не начнут, — легкомысленно махнул рукой Некруев, но стал торопливо собирать бумаги. — Ксюша, только не усердствуй с репетицией доклада, разок повтори и хватит. Сиди в интернете, пей кофе — в общем, отдыхай.
Виктор Андреевич убежал вести лекцию, я наскоро позавтракала — из-за воспитательных бесед с Танре и последующих объяснительных с Каттер опять не хватило времени перекусить дома, — затем принялась наизусть повторять доклад. На первом повторе сбилась, начала заново, сбилась уже в другом месте, поняла, что вообще забыла, о чем говорить дальше. Прав Некруев, пора останавливаться, так я до аудитории не дойду, заблаговременно сама себя доведя до обморока. Я один раз неторопливо и вслух прочла доклад по бумажкам, пролистала презентацию, затем честно отложила их в сторону.
И чем теперь заниматься до защиты? В интернет не хочется, кофе из ушей лезет, а ногти и так уже сгрызены… Переодеться, что ли, пока никого нет? Я забралась в пакет, быстренько скинула джинсы и водолазку, натянула джемпер и брюки. С моими кедами гармонирует, ага… Надо попробовать хоть волосы в порядок привести.
Вооружившись расческой, я попыталась причесаться аккуратнее, смотрясь в зеркало над раковиной. Через несколько минут окончательно убедилась, что Некруев напрасно протестует против наволочки на моей голове — в ней я выгляжу лучше. Волосы от расчесывания стали только больше топорщиться, уже не свисая лаконичными сосульками, а распадаясь на отдельные, но не более смирные волоски. Я смочила их водой и немного пригладила, сосульки снова образовались, только теперь мокрые. Ладно, лучше уже не будет.
Я критически осмотрела себя в зеркало, забралась на стул, что бы оценить картину целиком. Лучше, чем мой обычный вид, хотя в принципе, никаких особенных изменений не произошло. А жаль, проснуться бы как-нибудь принцессой… Внешность у меня ничем не выдающаяся, как и положено — смерть всегда рождается той же «породы», что и большинство окружающих ее людей. Хотя будем честны, это не помеха — Джуремия, к примеру, признанная красавица… была…
Мои всколыхнувшиеся грустные мысли о больных Джури и наставнице своевременно прервала заглянувшая в лабораторию Женька.
— Привет, — поздоровалась она. — Ты здесь одна?
— Одна, заходи. А ты чего хотела?
— Тебя разыскиваем, ты же на пару не пошла.
— Почему ты вдруг с собой на Вы перешла? — полюбопытствовала я.
Женя сначала не поняла, потом улыбнулась:
— Просто я не одна тебя разыскиваю, кстати, надо сказать всем, что нашла…
Она исчезла, затем снова вернулась, уже в компании Андреева, Бабушкина, Лабутчер и Статской.
— Ого, в нашем чучелке девочка просыпается! — удивился Андреев, увидев меня.
— Игорь, иди в… на…. - я всерьез задумалась, пытаясь вспомнить хоть один маршрут, по которому еще его не отправляла.
— Куда? — спросил Андреев с самым смиренным видом, словно выражая готовность последовать любым указанным путем.
— По любому адресу из тех многих, что я уже сообщала, — они засмеялись.
В последнее время я старалась разговаривать цензурно, хотя удавалось далеко не всегда. Но если раньше за длинный язык я получала дружный отпор, теперь они только посмеивались. Впрочем, это касалось практически исключительно моих одногруппников да еще нескольких человек с курса, с остальными отношения не особенно улучшились.
— Вы пару решили прогулять? — вздохнула я, догадываясь, что не избавлюсь от них до самой защиты.
— Ага, там скучно, — с неподражаемой искренностью ответил Игорь. — Проще потом учебник почитать.
— Кстати, хорошо выглядишь, — сказала Лабутчер, — кеды только… немного выбиваются из картины.
— Так и не нашла туфли? — спросила Женя.
— Нет, — вздохнула я, — у сестер другие размеры… Да ничего, под брюками почти не видно.
Лера оценивающе посмотрела на мою ногу, затем скинула с себя туфли.
— Попробуй, на защиту соглашусь на обмен.
Я в ужасе уставилась на предлагаемую обувь.
— Да ты что, я на таком каблуке до аудитории не дойду!
— Ксюша, это школьный каблук, пять сантиметров и широкий, — покрутила пальцем у виска Лера. — Это вообще мои тапочки! Ты попробуй, а потом говори.
— Краш-тест, объявляю старт! — тут же прокомментировал Игорь.
Я отмахнулась от него, стянула кеды и осторожно потянулась ногой к туфельке.
— Ксюш, ты чего, на носок будешь обувать? — притормозила меня Женя.
— Хорошо, хоть не на шерстяной! — вздохнула Лера, болтая босыми ногами и не торопясь мерить освободившиеся от меня кеды.
Все с нескрываемым интересом следили за моими неуверенными передвижениями по помещению.
— Маленький шаг для человека, огромный для всего человечества! — заключил Коля.
— Вполне удобно, только немного жестковато, — сделала я робкий вывод.
— С непривычки конечно, после кедиков-то! Ну что, защиту в них переживешь?
— Ага… Ты точно не против? — спросила я Лабутчер.
— Иначе бы не предлагала, — пожала она плечами.
Я снова забралась на стул, посмотреть на себя в туфлях в зеркало, не обращая внимания на хихиканье одногрупников. Игорь с Колей впрочем, уже через минуту забыли про все, засовывая любопытные носы в пробирки, а Женька и Лерой принялись тихо меня обсуждать.
