Больше ничего не говоря, ночной гость, освободил вторую руку из оккупации, повернул мою голову к себе и возобновил прерванный поцелуй. Оставаться в стороне стало невыгодно, поэтому я принялась ему помогать. Из-за отсутствия опыта подхватила слишком рьяно. Незнакомца такой темп не устраивал и он плавно провёл пальцами по щеке, волосам и руке, своим движением успокаивая меня. Как ни странно, но я поняла его без слов, замедляясь и подстраиваясь под него.
Стоило нашим волнам настроиться друг на друга, как у меня начало сносить башню: голова неистово закружилась, мысли стали похожими на вязкую жижу. Я совсем забыла, где я и что мне надо. В животе с безумной прытью носились разбуженные бабочки, тараканы в голове сходили с ума, нервно дёргая себя за рыжие усики, мурашки уже задолбались бегать по непутёвой хозяйке. Бардак происходил не только в голове, тело тоже странно себя вело, словно никогда не принадлежало мне: мои, теперь уже, свободные руки лихорадочно и жадно скользили по мускулистым плечам, спине, груди, забирались в мягкие волосы, утопая в них. Мне очень нравилось всё, что они ощущали. Я тянулась к незнакомцу, гладила, целовала уже не только его губы, но и шею, уши, прежде не подозревая, что могу быть такой смелой.
Не знаю, сколько длилось это безумство, хотелось бы вечность, но внезапно сквозь туманное марево блеснула мысль: «Я что-то должна сделать! Но не помню, что именно». Сознание начало возвращаться ко мне, когда я почувствовала, как горячие сильные руки ласково гладят меня по голым ногам, бедрам, страстно прижимают меня за ягодицы к мужскому телу. Пижамные расклешённые шортики давно предательски задрались, радовало наличие трусиков, которые мешали соблазнителю добраться до важных мест. Но проказливая мужская рука двинулась вверх, поглаживая живот, спину, добираясь до груди. И что самое интересное, моё тело было абсолютно не против, а даже очень «за». Оно с энтузиазмом откликалось на ласковые прикосновения незнакомого мужчины. Вот она собачья натура, где проявилась! Становилось жарко. Одежда начала откровенно мешать. Пора было приходить в себя, пока дело не зашло слишком далеко. Меня больше не сдерживали, а значит настало время совершить то, ради чего всё безобразие и затевалось.
Зафиксировав обе свои руки на мускулистых плечах, я резко оторвала незнакомца от себя, сохраняя получившееся расстояние. Его глаза всё ещё возбуждённо горели зелёным огнём и казалось, будто они светятся. Мужчина провёл кончиком языка по своим, слегка припухшим после долгих поцелуев, губам. Краткий миг ушёл на борьбу с желанием притянуть его к себе и позволить ему довести дело до конца, но этого нельзя было допускать. Пора действовать!
Не давая противнику опомниться, я быстро сгруппировалась, поджав ноги под себя так, чтобы мои ступни оказались у него на его животе и, вложив всю свою силу в толчок, лягнула его не хуже заправской кобылы. Незнакомец со страшным грохотом впечатался в стену, а потом мешком осел на пол.
Когда мужчина поднял голову, я уже стояла возле шкафа с мечами наголо, приняв боевую стойку, готовая отражать и наносить удары. И мне было всё равно, что стою перед малознакомым типом с распущенными волосами, босыми ногами, в обычной тёмно-синей пижаме, которую воссоздала на основе старой, прихваченной из дома модели.
В коридоре раздались частые шаги, кто-то приближался к моей коморке. Ещё через мгновение, рассерженный голос хозяйки спросил:
— Эй, — она подёргала ручку. — Неумёха! Что у тебя там происходит? Что за шум?
— Ничего. Всё в порядке, госпожа Дилла, — громко ответила я, не сводя с ночного гостя настороженного взгляда. — Тут просто один тюфяк свалился. Я его сейчас подниму.
— Очень на это надеюсь! Иначе, за порчу имущества, вычту из твоего жалования!
Далее, по ту сторону двери, послышалось более тихое ворчание, что-то про криворуких человечек, несчастных гномов, которые вынуждены маяться с подобными растяпами. Но шёпот постепенно стихал, а шаги удалялись.
Во время нашей «душевной» беседы с хозяйкой, среброволосый уже успел бесшумно подняться, и начать размеренное движение по комнате. Не сводя с меня прекрасных зелёных глаз, вернувшие свой привычный цвет, он обошёл кровать, осторожно сокращая, между нами, расстояние. Затем остановился, так же как при появлении, в зоне лунного света. Оружия пришелец не вынимал и на расстоянии удара не подходил. Как ни странно, но в его глазах читался, скорее интерес, чем злоба, лишь при слове «тюфяк», мужчина приподнял правую бровь и ухмыльнулся. Когда же гномка ушла, он уже улыбался в открытую. Похоже я становлюсь звездой забавных ситуаций!
Дурманящая голову улыбка и изучающий моё тело взгляд, заставили мои щёки порозоветь. Оставалось надеяться, что ночная темнота и волосы, упавшие на лицо, так как мой взгляд был из-подо лба, скроют моё смущение, но, когда его улыбка стала шире, поняла, что снова провал. Сдаваться я не собиралась, поэтому твердо стояла на месте.
— Красивые ножки! — бархатным голосом, наконец, произнёс он, слегка прищурив глаза. — Ещё увидимся, моя воровка!
