— Умница ты моя! Как же я тебя люблю!
Он наклонился и ….я приготовилась к тому самому волшебному поцелую. Ведь после таких слов, от которых счастливая душа рвётся в небеса, он просто обязан быть. Но меня лишь чмокнули в носик и быстро покинули чертоги ложа. Я разочарованно захлопала ресницами и тоже поднялась.
— Чёт я не поняла, — начала было я. — А как же поцелуй полный страсти и огня? Наглое распускание рук, разврат в конце концов? Ты меня, вообще, домогаться собираешься или нет? — стоя на коленях в постели, поставив руки в боки, требовала я ответа.
Викториан остановился и с чарующей улыбкой посмотрел на меня.
— Собираюсь, но не сейчас. Разве тебе не надо на работу?
Со смачным звуком, я стукнула себя по лбу. «Вот, ёлочки зелёные! Про работу — то я и забыла. У меня сегодня первая смена!» Пулей выскочив из кровати, бросилась в ванную. Викториан только тихонько посмеялся.
Меньше, чем через час, я уже стояла в коридоре, надевая туфли на невысоком каблучке. За прошедшие время на улице достаточно потеплело, позволяя городским дамам перейти с демисезонных сапог на туфли. Викториан провожал меня, наблюдая за сборами. На мгновение, я поддалась порыву и быстро подскочив к нему поцеловала в щёку. И уже собиралась отскочить, чтобы схватить сумку и бежать, но меня остановили, придержав за руку.
Викториан ловко притянул меня к себе и без предупреждения поцеловал, так как я этого ждала: нежно, сладко, с нотками сдерживаемой страсти. Бабочки моментально ожили и разлетелись по всему телу, ноги подкашивались, мысли поспешно написав заявление по собственному желанию, покинули мою черепную коробку, отправившись в бессрочный отпуск.
Прижимаясь к высокому мужчине, отчётливо понимала, что он мне не просто нравится, как многие раньше, а — люблю. Люблю по-настоящему, каждой клеточкой своего организма, до дрожи, до безумия, и что теперь он мой, и что никому, никогда его не отдам добровольно. А самое главное, я чувствовала, что он тоже меня любит, что нужна ему. Нет надобности постоянно говорить о любви. Она ощущалась в воздухе. Мы просто знали, что это так и нам было от этого хорошо.
Покуда длился сказочный поцелуй, только одна единственная фраза из старой песни звучала у меня в мыслях: «Ах, как кружится моя голова! Как голова кружится!»
