Я выхватила клинки из заплечных ножен, незнакомец материализовал свой меч, чтобы защищаться, но между нами встал Ле-Рой и внимательно посмотрел на меня.
— Стой! Ты что забыла? Никакой крови!
Мой яростный взгляд был прикован к незнакомцу, но сказанное тренером, услышала и мечи опустила. Мистер Икс стоял напротив меня с оружием, но нападать не собирался. Ему было не до этого, он усиленно пытался сдержать смех, который если бы ни Тиша с эльфом, уже давно бы вырвался из его рельефной груди. «Нет. Вы только посмотрите, он ещё и потешается!» — негодовало моё сознание, но кидаться, словно бешенный хомячок, перестала.
Я вернула клинки в ножны, демонстративно отвернулась от тихо смеющегося незнакомца, чтобы не видеть чудесной улыбки и пленительных глаз. Порывисто вернулась к дереву, села на зелёную траву, вытянула ноги, скрестила руки на груди и обижено надула пухлые губки, глядя в сторону. Тиша и Ле-Рой ошарашено переглядывались, не зная, что делать и что говорить.
— Я тут подумал, раз девушка хочет помахать клинками, почему бы и нет. Разомнёмся? — сказал пришелец, взирая на меня с вызовом.
Пока мы усиленно думали над значением произнесённых слов, Зеленоглазка проворно коснулся пальцем острого, как бритва, лезвия своего меча и крупная алая капля крови упала на землю.
Все замерли. Шок. Тишина. Я молниеносно вскочила на ноги и подбежала к ребятам. Глаза Ле-Роя грозно сузились, теперь следовало удерживать его от покушения на жизнь неизвестного гостя.
— Ты что сделал? Ты хоть знаешь, что сейчас будет? — зарычал эльф.
— Знаю, — беспечно ответил зеленоглазый гад. — Удачной тренировки! — проговорил он и сделал попытку исчезнуть, но у него не получилось.
— Что белобрысый, облом? Не получается ножки-то сделать? — слегка присев и разведя руки в стороны, как заправский фраерок, язвительно заявила я.
— Что значит «ножки сделать»? — недоумённо спросила Тиша, теперь уже не столько удерживая Ле-Роя, сколько прижимаясь к нему.
— Это значит свалить, удрать или уйти, если так тебе понятнее. У нашего залётного товарища фишечка такая имеется: «сделал гадость — на сердце радость». И после того, как «гадость» сделана, мы исчезаем. Не так ли, красавчик? — пояснила я подруге, с ехидством глядя в прелестные глаза незнакомца, надеясь отыскать, хоть где-нибудь, проблески совести. Но вместо того, чтобы открыто признать свою ошибку, он молчал. «Интересно, его, вообще, врасплох можно застать?» — Вот, только сейчас у него почему-то не получилось испариться. Кстати, а почему? — я нахмурила брови и посмотрела на умника-эльфа.
— Потому что маги и некроманты, которые здесь работали поставили блок на всю врождённую магию и на все амулеты, которые приняты на Элоре. Пока здесь будут зомби, мы не сможем использовать свои силы.
Мы все как один уставились на зеленоглазого. Тот, может если и чувствовал вину, то вида не показывал. Смело встретив наши рассерженные взгляды, выпрямился, отчего, как мне показалось, сделался ещё выше и красивей и поудобнее перехватил свой меч.
Небо начало темнеть. Появившиеся из ниоткуда хмурые тучи, лихо прятали за собой весёлое солнышко. Всё, что мы думаем о мистере Неприятность и в каком виде хотим видеть его в гробу, придётся объяснить ему позже, а сейчас «один за всех и все за одного»! Переглянувшись и поняв друг друга без слов, стали готовиться к бою с нежитью. Небо потемнело ещё сильнее, став тёмно-серым, словно нынче не ясный день, а поздние сумерки. Земля задрожала.
Я повернулась к Тише, протягивая ей свои клинки.
— На возьми. Если зомби подойдут, самый верный способ — снести голову. Он срабатывает на большинстве тварей. Если не сможешь, то просто бей ими или кидай. Это ты точно можешь, — я ободряюще улыбнулась, прекрасно помня, как она швыряла в меня предметами. Ле-Рой ухмыльнулся, вероятно, тоже был в курсе умений нашей несравненной травницы.
— А как же ты? — несмело спросила девушка, прижимая мечи к себе. Защита, конечно, слабая, но хоть что-то. Иногда цепляясь за тоненькую ниточку, можно преодолеть пропасть.
— За меня не переживай. Я найду, чем защищаться, — поспешила утешить подругу я.
— Интересно, чем же? Веточкой? — поинтересовался Ле-Рой.
— Очевидно, другой парой, что имеется у нашей «тёмной лошадки» в запасе, — встрял незнакомец в нашу дружескую беседу, пристально вглядываясь мне в глаза.
Мы оба понимали, о чём он говорит, а вот Тиша и эльф нет. Они с удивлением переводили взгляды с меня на незнакомца и обратно. Зеленоглазый уже пришёл в себя от провального побега, приняв тот факт, что мы все теперь в одной лодке и снова стал улыбаться. «Так, сдерживаемся! Не ведёмся на обманчивую красоту!» От внутренней медитации меня отвлёк очередной вопрос Ле-Роя.
— Что значит «ещё одна пара»?
Я перестала гневно сверлить глазами блондина и сурово ответила:
— Сейчас узнаешь. Не долго осталось. Тиша, в середину! И держись кого-нибудь из нас.
— Ой, мама! Они лезут, лезут! — запричитала травница и сильнее вцепилась в клинки, но не выставив их вперёд, а обняв, словно они — плюшевый мишка. «Да, пожалуй, в бой её брать не следует».
