Новая же клиентка выбивалась из правил по всем статьям, чем не раз удивляла эльфа. Совершенно ненормальная, нетипичная человечка! Но такая своеобразная уникальность, привлекала его. Настя являлась жизнерадостной, доброй, иногда даже слишком, сообразительной и очень сильной девушкой. Прежде, ему не доводилось встречать подобную силу у представительниц слабого пола. Помимо этого, девушка спокойно выслушивала замечания, старалась выполнить всё точно, отрабатывала удары до совершенства, никогда не спорила и быстро схватывала. Идеальная ученица! Жаль, что среди других рас, такие, редко встречаются. Чаще всего, заказчиками становились маги, но они — напыщенные самодуры, эльфу тяжело было находить с ними общий язык. Таким образом, то, что изначально казалось каторгой, превратилось в сплошное удовольствие.
Вот, и сейчас Ле-Рой сидел на подоконнике, выделенного для тренировок зала и ждал, когда откроется дверь и ему навстречу выбежит весёлая, счастливая девочка, обнимет его и скажет: «Ну, что, Огонёк, начнём тренировку!». Настя, иногда, его так называла за ярко-красный цвет волос. Поначалу, он пытался сопротивляться придуманному прозвищу, но потом привык. Чудна́я девушка умела даже обидные слова превратить в милые.
Время шло, а Настя не появлялась. Это казалось странным, поскольку она никогда не опаздывала. Ле-Рой начал волноваться, вдруг с ней что-то случилось? А может Харла её задержала? Надо бы разузнать! Молодой эльф решительно кивнул сам себе, легко спрыгнул с подоконника и отправился искать хозяйку дома.
Харла обнаружилась в своём кабинете. Когда вошёл Ле-Рой, она немного удивилась, но потом, кое-что вспомнив, успокоилась и довольно улыбнулась. Парень не стал ходить вокруг да около и спросил сразу:
— Ты случайно не знаешь, где Настя?
Улыбка Харлы стала шире.
— И тебе Доброе утро, Ле-Рой! Конечно, я знаю, где она. — Волшебница немного выдержала паузу, мучая парня догадками и лишь, потом продолжила. — Настя у себя в комнате, вероятно, спит, после очень бурной ночи.
Последнюю фразу она промурлыкала, интонационно подчеркнув слово «очень». Ле-Рой остолбенел. Он не мог поверить своим острым ушам, которые дёрнулись, как только Харла это произнесла.
— Что значит «бурная ночь»? У неё, что … любовник? — удивлённо переспросил эльф.
— Да. Со вчерашнего дня, — гордо заявила Харла. — Я нашла ей прекрасного покровителя. Так что теперь она не совсем свободна. И если тебе чего-то захочется, — она опять сделала многозначительную паузу, игриво глядя на эльфа, тот невольно покраснел. — Придётся записываться в очередь. Ибо бесплатное обслуживание ты уже упустил.
Как ни странно, ничего подобного никогда не приходило молодому эльфу в голову. Настя устраивала его исключительно в качестве ученицы и друга. С ней довольно приятно беседовать, она была умна и находчива, умела дать дельный совет, но свою вторую половину он видел несколько иной: нежной, чуткой, которая будет нуждаться в его надёжном мужском плече. Настя же, создавала впечатление крепкой, самостоятельной, подчас грубоватой девушки, а такие Ле-Роя не очень привлекали физически. Если она и хотела обзавестись личной жизнью, пожалуйста, но не таким же продажным способом!
Молодой эльф вышел от Харлы в дурном настроении, его терзали разные чувства от презрения к Харле за то, что продала девушку какому-то выгодному ей магу, до отвращения к Насте за её предательство, раз она пошла на такой шаг. Ле-Роя мучал ещё один вопрос: добровольно ли она согласилась или Харла как-то её заставила? Если бы волшебница сама об этом не сказала, эльф никогда бы и не подумал, что Настя способна на такое. Она изначально отличалась от других учениц Харлы, казалась более целомудреннее и порядочнее, никогда не строила глазки ни ему, ни Визару, если работала с ним в ангаре, а тут…Продаться за деньги неизвестному магу — это было выше его эльфийского понимания.
Сначала молодой эльф хотел уйти и никогда больше не возвращаться. Обида и разочарование в девушке, которая ему нравилась переполняли его. Ле-Рой уже намеревался воспользоваться амулетом перехода, но тут на минуту задумался. «Нет. Так быть не может! Он не мог в ней ошибиться, он эмпант и отлично чувствует состояние души и тела того, с кем находиться рядом. Она всегда казалась такой искренней и милой».
Ле-Рой закрыл глаза, перед ним возник образ смеющейся девчушки. Иногда ему чудилось, будто произошла какая-то ошибка: она и парные клинки, словно этим двум несовместимым вещам по иронии судьбы пришлось встретиться, хотя изначально, им предназначалось существовать порознь. Воины обычно хмурые, суровые, сосредоточенные, даже женщины, а тут веселая, добродушная девушка. Она совсем не укладывалась в критерии великой воительницы, по крайней мере, внутренне. Внешне совпадения имелись, выносливая и сильная, но в душе абсолютно нет. И он это чувствовал. Та воинственность, во время тренировок, словно маска, чужая, вынужденная.
