Обычно они купаются раздельно, а жидкость, которая собирается в специальные резервуары после купания, просто смешивают в нужных пропорциях для получения определённых зелёных самоцветов. Поэтому Голубая слегка опешила, когда Жёлтая зашла в её покои и прямо заявила:
— Сегодня мы купаемся вместе, — вот так просто, без всяких прелюдий. Голубая непонимающе хлопает ресницами, но послушно идёт к Жёлтой.
— Зачем?
— Концентрация в воде будет выше почти в два раза. Думаю, мы сможем получить новых редких самоцветов, — поясняет Жёлтая, пропуская сестру вперёд, когда они выходят в коридор. — Белая всё одобрила.
— Оу. Неплохо. Но ты не любишь мою ванну, говоришь, что там слишком холодно.
— Подогреем воду; проблема, что ли, — фыркает Жёлтый Алмаз.
— А я не люблю горячую воду, и ты это знаешь, — закатывает глаза Голубая.
— Настроим температуру так, чтобы обеим было комфортно, не волнуйся ты так. Если что, я потерплю.
— Самоотверженно с твоей стороны.
— Очень хочу увидеть результаты этого эксперимента.
— Хэй! — звучит звонкий голос Розовой. — Подожди-и-ите, а вы куда?
— Купаться, милая, — улыбается Голубая, на что младший Алмаз недоверчиво приподнимает бровь.
— Но сауна Жёлтой в другой стороне.
— Вместе купаться, — сдержанно поясняет Жёлтая. У Розовой загораются глаза.
— Я тоже хочу!
— В следующий раз, — посмеивается Голубая.
— Почему не сейчас?!
— Потому что это эксперимент. Если всё пройдёт удачно, мы обязательно искупаемся вместе, — добродушно поясняет Голубой Алмаз и кивает Жёлтой. — Пойдём?
— Обещаешь? — спрашивает напоследок Розовая, на что Голубая кивает и идёт дальше, не заметив, как Жёлтая тайком повернулась к младшей сестре и показала ей язык. Та ответила ей тем же.
— П-подожди, а зачем… зачем ты… в чём… — Жёлтая всё сильнее путается в словах, потому что это уже вне её компетенции. — Почему ты не в платье?
— Так приятней купаться, — улыбается сестра, обмотавшись коротким полотенцем. — Попробуй.
— Это же глупость!
— Мне будет неловко, если ты будешь одета.
— Так оденься сама!
— Ну что ж, — равнодушно пожимает плечами Голубая, поднимаясь по ступеням вверх и аккуратно касаясь ногой воды, — видимо, — она поворачивает голову, и Жёлтая готова поклясться, что в лазурных глазах не что иное, как насмешка, — ты не так уж хочешь провести свой эксперимент.
Да чёрт с ним.
— Довольна? — бурчит Жёлтая, поддавшись на явную провокацию, и практически с головой окунувшись в воду. Как ни странно, Голубая оказывается права: без одежды действительно приятнее, но Жёлтая ни за что не признает это так просто.
— Странно, я настроила температуру воды под себя, но она всё равно теплее… — шепчет Голубая, пропуская воду сквозь пальцы. Жёлтая опускается ещё ниже, пытаясь скрыть румянец под водой и невольно догадываясь, почему вода становится теплее.
Она постоянно придумывает поводы, чтобы быть поближе к Голубой, а с появлением Розовой это стало даже соревнованием. А тут такой простой повод — ванна. Им явно следует купаться вместе почаще. Тем более без одежды. Конечно, платья, которые постоянно придумывает себе Голубая, для Жёлтой буквально произведение искусства, но иногда хочется любоваться её изгибами тела и просто так.
Из колыбели приятных мыслей её вырывает голос Голубой:
— Расчешешь мне волосы?
— М? — лениво откликается Жёлтая. Голубая улыбается, протягивает гребень и садится к ней спиной.
— Волосы, — повторяет она.
Последний раз Жёлтая расчёсывала сестре волосы пару тысяч лет назад: Голубая постоянно жаловалась, что та слишком сильно дёргает и что распутывать пряди следует аккуратнее. У Жёлтой частенько бывают проблемы с аккуратностью в подобных делах, поэтому сейчас у неё едва заметно дрожат руки.
Аккуратнее. Нежнее.
Неожиданно Голубая прыскает со смеху.
— Ты так стараешься, — по-доброму подмечает она, поворачиваясь к Жёлтой.
— В прошлый раз тебе было больно, — справедливо возражает та, приобнимая сестру за талию и притягивая к себе. — А я не могу позволить, чтобы столь красивому самоцвету было больно.
— Ты греешь воду, — догадывается Голубая, придвигаясь поближе. — Вокруг тебя вода горячая.
— О звёзды, меня раскрыли.
— Смущаешься?
— Не глупи, я…
— Я великий Жёлтый Алмаз! — грубым голосом перебивает сестру Голубая, величественно подняв палец вверх. — Я не знаю, что такое смущение!
— Кажется, кому-то давно бока не щекотали.
— Беру свои слова наз… а-а-а! Прошу тебя, Жёлтая!.. ха-ха-ха, пусти меня!
Жемчужины переговаривались редко, а за всё время своего долгого существования и сопровождения Алмазов научились общаться ментально. В переносном смысле.
Самой способной в этом навыке себя показала, конечно же, Жёлтая, реагируя на всё происходящее вокруг не только красноречивым взглядом, но и выразительной мимикой. Также она научилась понимать по маленьким незначительным жестам свою напарницу Голубую, потому что моментов, когда эта тихоня убирала чёлку и являла миру глазки, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Жемчужина Розового Алмаза была новенькой в их компании, поэтому плохо разбиралась в намёках Жёлтой и уж тем более не понимала Голубую.
