У нас была замечательная дачка, мы так любили на ней бывать. Практически там жили там, всё тёплое время года. Папа работал главным инженером на заводе транспортного машиностроения. Там он начинал работать, совсем молодым пареньком. Сначала он был станочником, потом, окончив институт, стал руководить людьми. В общем, он был мастером, и руки у него были золотые. Дедушка также всю жизнь проработал на нашем заводе и тоже много чего умел делать. Дачный дом строили, нанятые рабочие, а вот внутри почти всё мастерили папа с дедушкой. Сами проводили свет, обшивали досками стены, а уж все полочки, ящики и даже стол на кухне – было сделано их руками. На втором этаже, для меня смастерили пристройку, которую папа назвал теремком. Эта была моя комнатка, я там играла. Бабушка Лиза сшила небольшие портьеры, постельное бельё для моих кукол, а папа с дедушкой обставили мой теремок мебелью. В общем, я там была королевой, а куклы – моими подданными. Ещё наши мужчины срубили баньку у нас на участке и очень красивую беседку. Многие соседи ходили к нам на экскурсии, любовались на такую красоту. Как хорошо там у нас было! – Маруся немного помолчала, а затем продолжила:
– И ещё цветы. Их было много; тюльпаны, лилии, кусты роз, пионы: многих названий я даже не знала. За клубнями георгинов к бабушке Лизе стояла очередь. Осенью, когда клубни выкапывали, она делилась с соседями. Хризантемы цвели до самых морозов. Как мы были там счастливы; все вместе – папа, мама, дедушка, бабушка и я … И вдруг всё закончилось… После похорон родителей дедушка промолчал два месяца, а затем уснул и не проснулся. Она задумалась, глядя в сторону, было видно, что тяжёлые воспоминания ранят Марусе душу, но она снова заговорила:
– Я оканчивала школу, бабушка переехала жить в нашу квартиру. Первое время я звонила ей отовсюду, по десять раз в день. Жутко боялась, вдруг и она меня оставит. Бабуля видимо поняла, что со мной творится. Она посадила меня за стол, села напротив и серьёзно сказала:
– Так, я собираюсь жить до ста лет, не дождутся! – И я немного успокоилась. Может быть, она бы, и выполнила свое обещание, если бы не тот случай…
Маруся опять замолчала, мысли её, видимо, были далеко. Алексей не перебивал, казалось, он даже дышал тише, просто положил свою руку на её узкую ладонь. Девушка, опять вздохнула, как-то виновато, взглянула на молодого человека и продолжила:
– Я окончила школу с хорошими оценками. Учеба мне давалась легко. К тому же бабушка постоянно говорила, что родители и дедушка гордились бы мной, поэтому я старалась учиться ещё лучше. Закончив учебу, поступила в педагогический институт, меня всегда тянуло к детям. Бабушка продала нашу дачку, потому что нам, там стало, очень тяжело находится, каждая вещь напоминала о потере любимых. Однажды я встретила свою одноклассницу, которая работала в цветочном магазине. Ирина – темненькая, ты её должен помнить – обратилась она к Алёше.
– Помню, но в вашем магазине меня интересовала только Марианна! – улыбнулся молодой человек.
Маруся грустно улыбнулась и продолжила:
– Мама настояла на этом имени, а бабушка хотела, чтобы меня назвали Марией. Папа любил их обеих и поэтому в моем свидетельстве о рождении написано – Прохоренко Марианна-Мария Станиславовна. Дома, в школе, а потом в институте и магазине меня все знали как Марианну, а бабушка с дедушкой называли только Марусенькой. Так вот, я несколько раз заходила к Ирине в Семицветик и смотрела, как девочки собирают букеты, а однажды попробовала сама и мне это понравилось. В дальнейшем, я частенько, после института, приходила к подруге и делала какие-нибудь композиции, так сказать для души. Ирина была довольна, потому что цветы я не портила, а мои "шедевры" покупали. Однажды ко мне подошла хозяйка Семицветика – Татьяна Ивановна и сказала:
– Это хорошо, что ты добрая девочка, но всякая работа должна оплачиваться. Мне нравится твой вкус и поэтому, я приглашаю тебя на работу. Я ей ответила, что учусь и времени, у меня, не много, а Татьяна Ивановна предложила приходить на два-три часа, делать несколько композиций и уходить. – Сколько заработаешь, сказала она – Столько и получишь. Я подумала и согласилась. Очень удивила реакция бабули, когда придя домой, я рассказала ей о своём трудоустройстве. Она на меня сильно рассердилась, сказав, что денег у нас достаточно, что мне нужно думать только об учёбе, но я видела, как бабушка на всём экономит и настояла на своём.
Я проработала в Семицветике два с половиной года. Обычно мне звонила Татьяна Ивановна и говорила:
– Марианна, три заказа лично тебе, сегодня приходи – или – персональных заказов для тебя нет, но если есть желание поработать, то мы тебя ждём. Для меня работа была как игра. Каждый букет мне хотелось сделать особенным и мои покупатели это ценили. Иногда девчонки ворчали: – Вон ваши персональные заказы, Марианночка! Нам не доверяют! А в целом, в магазине был хороший климат. Иногда хохотали по половине дня, причем по малейшему поводу.
Как и любой девушки у меня появились поклонники… Алексей сказал:
– Я, в том числе.
