– Да, ты и Валера – кивнула Маруся. – Ты, Алеша – такой весёлый, лёгкий и доброжелательный. Валера же – внимательный, заботливый. Я не могла понять, кто мне нравился больше, и к серьёзным отношениям, я не была готова. У меня было твёрдое убеждение: сначала нужно окончить институт, устроится по специальности, а потом можно будет подумать о личной жизни.
Потом появился Аскольд. Он у меня вызывал, скорее антипатию, но, похоже, он на это не обращал внимания. Аскольд всегда имел высокомерный вид и, наверное, не заметил бы простую продавщицу. Его заинтересовало моё имя. Настроение этого мужчины менялось молниеносно, то он называл меня королевой, говорил, что мы – Марианна и Аскольд, как какие-то европейские монархи должны жить по-королевски и обязательно вместе. Практически, на следующий день, Аскольд заявлял, что я шлюха, которая должна гордиться тем, что на неё обратил внимание такой человек как он, а я недостойная, ломаюсь. Оказывается, Аскольд был избалованным сынком какого-то большого начальника, к тому же наркоманом. Однажды он проговорился, что неоднократно лечился в психбольнице.
Бабушку Лизу я старалась беречь от неприятностей, переживая за её здоровье, и ничего ей не рассказывала. Пытаясь отвязаться от навязчивого поклонника, я частенько уходила из магазина через чёрный ход и решила совсем оставить работу, но Татьяна Ивановна уговорила подождать. Несколько раз, её муж довозил меня до дома, на своём автомобиле…
– А мне ничего не говорила – Алексей посмотрел на девушку с укоризной.
– Я никому ни чего не говорила – продолжила Маруся свой рассказ. – Знали только девочки в магазине. Было очень стыдно, ведь можно было подумать, что я сама дала повод, так вести ему, со мной. Однажды Валера стал свидетелем безобразной выходки Аскольда и вступился за меня. Он сказал, что я его невеста и погрозил наглецу, а этот папенькин сынок сильно испугался и убежал. Я поблагодарила Валеру, но сказала, что с невестой он погорячился. Тогда он вручил мне визитку и велел звонить, как только этот урод появится в магазине.
Два – три раза в месяц, бабушка ночевала вот в этой квартире, в которой я сейчас живу. У неё тут подружки с юности, они собирались, пили чай. В общем, общались. Два года назад, в один из таких дней, двадцать пятого мая, бабуля поехала сюда, а я осталась в родительской квартире, на Пушкина и не куда не собиралась. Татьяна Ивановна позвонила часа в четыре и сказала:
– Марианночка, один наш хороший покупатель сделал большой заказ и хочет, что бы подарочную корзину собрала именно ты. Мой муж заедет за тобой, а после отвезет домой. Ты нам сегодня нужна!
Очень не хотелось в этот день, куда- либо, ехать, но Татьяна Ивановна так просила…
В магазине всё было спокойно, Аскольд не появлялся. Ты пришёл, когда я ещё работала. В тот день ты подарил мне белого медвежонка, шоколадные конфеты и хотел проводить меня домой, но я сказала, что меня отвезут. До сих пор не понимаю, почему тогда отказалась, тем более видела, что ты обиделся.
– Вот дурак – вставил реплику – Мог бы и настоять на своём.
– Ты совсем не дурак, просто деликатный человек – продолжала говорить Маруся. – А вот я, очень хотела тебе пожаловаться, но не решилась. Когда закончила работу, мужа Татьяны Ивановны ещё не было, и я решила вызвать такси. Почему-то никак не могу вспомнить его имя, такой хороший человек… Нет, не помню…
Входя в подъезд, мне показалось, что за спиной кто-то стоит, но навстречу выходил сосед с собакой и я успокоилась. Поднялась на третий этаж, но открывая квартиру, почувствовала тревогу, резко обернувшись, увидела его…
Аскольд втолкнул меня коридор и стал рвать на мне одежду. Нащупав рукой какой-то предмет, ударила им этого сумасшедшего и очень его, этим, разозлила. Аскольд сильно сжал мне руку и сказал, что любит меня, и я должна быть только его. Пытаясь вырваться из рук этого ничтожества, я схватила бронзовую фигурку и замахнулась. Затем я сказала, что лучше умру, чем буду с ним. До сих пор я помню эту жуткую улыбку Аскольда, он ухмыльнулся и прошипел:
– Ну, раз ты этого хочешь?
Последнее, что я помню, как он взмахнул рукой, в ней что-то блеснуло, затем укол в грудь и в глазах потемнело.
Алексей соскочил со своего стула и пересел к Марусе на диванчик. Он сжал руку девушки и сказал:
– Бедная моя девочка! – Голос молодого человека дрожал. Затем он одной рукой приобнял её, а второй погладил светлые волосы. Маруся положила голову на плечо Алексея и так они просидели несколько минут. Не освобождаясь от рук молодого человека, девушка подняла голову и продолжила говорить:
