— Я не могу понять,— продолжал Фесдей,— почему Мерлоз так страстно хотел, чтобы я приехал к ним в дом утром. Но, может быть, он звал меня утром, а сам получит что-либо ночью? Другими словами, он мог успеть договориться с Джиллиан о новом месте встречи. Если возможно, то с деньгами.
Люсьен молча переступал с ноги на ногу. У него был несчастный вид.
— Так что вы предлагаете, мистер Фесдей?— спросил Рашке.
— Вместо того, чтобы околачиваться у меня в комнате, нам надо поехать к дому Финча. Таким образом мы сможем ограничить действия Мерлоза. Он, конечно, не обрадуется нам, но будет рад видеть шкатулку с деньгами у себя под носом.
— Я предлагаю просидеть всю ночь в этом морге, пока что-нибудь »е случится,— сказала Эйприл.
Фесдей холодно улыбнулся.
— Я обещаю вам, что если что-нибудь и случится, то это будет в восемь часов утра. Потому что в восемь утра ваш старый дядя Макс бросит это дело. Я верну Оливеру Артуру Финчу его сотню грандов и сообщу Клаппу все, что я знаю. Это произойдет ровно в восемь часов утра.— Он усмехнулся.— Вас не радует моя неожиданная честность? Кажется, вы недовольны?
— Откровенно говоря — нет,— первым заговорил Рашке.— Если ваше второе рискованное действие окажется подобным первому, вы намеренно отправите мировой шедевр в небытие. «Дурак» будет навсегда потерян, потому что никто в мире не сможет разыскать его.
— И мы все окажемся в проигрыше. Горькая пилюля!
По лицу Рашке побежала тень..
— Вы безоружны,— заметил он.
—. Я никого не собираюсь убивать, Рашке,— коротко ответил Фесдей.— А вы? С другой стороны, у меня нет опоры. Я не люблю пистолеты, но не потому, что не умею ими пользоваться.— Он посмотрел на Эйприл, потом на Рашке.— Кто играет?
Все молчали. .Потом Эйприл звонко рассмеялась.
— Почему бы и нет? Улыбнись, Эмиль! Это игра, которую мы знаем и любим, Стоит ли сердиться, если Макс предложил новый ход?
— А я сначала подумал плохое, мистер Фесдей,— спокойно сказал Рашке.— Я думал, что вы изменили.
— Мне лучше переменить брюки! — И Фесдей показал свои заляпанные ботинки и брюки.
Он сгреб весь мусор со своего кофейного столика — все газеты, поздравительные открытки и карточки.
— Подождите немного,— попросил он и направился в спальню.
Он тут же вернулся назад. Эйприл подняла крышку шкатулки и слушала последние восемь нот. Фесдей резко захлопнул крышку.
— Не стоит будить моих соседей,— сказал он и забрал с собой шкатулку.
Через закрытую дверь спальни он услышал смех Рашке.
Граф беспрестанно крутил головой. Он выглядывал в окно машины.
— Не беспокойтесь,— усмехнулся Фесдей.—- Они следуют за нами.
Они ехали к бульвару Каталины. Рашке внимательно осмотрел детектива, который переоделся в темно-коричневый костюм.
Граф вздохнул.
— Как ваш работодатель, позволю себе заметить, что было большой глупостью с вашей стороны разрешить Эйприл ехать без сопровождения.
— Она следует за нами. Мы ведь показываем путь, не так ли? И потом с ней Люсьен.
— Но если она его сестра, как вы, кажется, считаете...
— Вы знаете австрийскую поговорку насчет веревки? Я хочу быть уверен в возможностях Эйприл.— Рашке в этот момент опять оглянулся на машину, которая мчалась в четверти мили от них.— Мне нужна Джиллиан, Рашке, так же, как вам Веласкес. Я хочу сохранить хорошие отношения с Клаппом.
— Не считайте меня дураком, мистер Фесдей. Вы что-то скрываете от меня. У вас в голове что-то есть.
— Но ведь и вы можете иметь что-то в своей голове! Я строю свои идеи сам.
— И вы не считаетесь с...
— Нет. Я хочу все сделать сам. Ваша задача — сидеть и держать язык за зубами. Если вы решите, что я жду, чтобы вы сказали «да», кивните головой. Или это, или проститесь с вашей сотней грандов.
Рашке снова выглянул в окно. Машина следовала за ними. Он посмотрел вниз. Шкатулка стояла между ног Фесдея.
Железные ворота были широко раскрыты. Фесдей притормозил возле них, поджидая Эйприл. Потом обе машины подъехали прямо к главному входу особняка Финча.
— Его машина стоит на обычном месте,— сказала Эйприл, вылезая из «форда». Она распахнула свой плащ.— Надеюсь, что не заболею.
Удивленный Мерлоз молча уставился на Эйприл, когда открыл дверь и увидел ее. Он немного смутился, когда заметил остальных.
Все молча проследовали в холл.
— Кто сказал остальным, что они могут войти? — спросил Мерлоз.
— Он одет,— прошептал Рашке Фесдею.— Простите мои опасения.
Мерлоз был одет так же, как видел егo Фесдей в кемпинге.
— Что заставило вас явиться сюда ночью? — сердито спросил Мерлоз.
— Закрой, пожалуйста, дверь,— попросила Эйприл.— А то холодно.
Мерлоз повиновался.
— Теперь нам надо увидеть вашего отца,— сказал Фесдей.
— Он не поднимется.
— Мы можем поднять его.
Мерлоз возмущенно заткнул руки за пояс.
— Я могу сказать вам только одно: старик вас не приглашал сюда, и я тоже. Теперь поворачивайтесь и убирайтесь отсюда. Все, кроме Эйприл. Она может остаться.
— Ах, так...— пробормотал Рашке, бросая взгляд на Эйприл.
Она взяла Финча за руки.
— Я знаю, дорогой, что тебе не нравятся эти дураки, но ради меня!
