Его медные волосы были собраны в хвост, а карие глаза изучали меня, как изучают рабовладельцы поступившую партию невольниц. Он действительно был моложе Абеля. На вид ему было лет тридцать пять, не больше. На его виске я видела тонкий шрам, который он скрывал прядью огненных волос.
Тараканы прокашлялись:
- Кто-то явно воспринимает фразу: «Чувствуйте себя, как дома» слишком буквально. Хотя, если тут принято дарить головы в подарок, то чему мы удивляемся?
- Посмотрели? – с издевкой спросила я, собирая все мужество в кулак, - Полегчало? А теперь отвечайте, что вы здесь делаете?
- Я пришел за тобой, девочка. Я собираюсь вывезти тебя из Криора, - заметил Эрхард, беря меня за руку.
- Я никуда не поеду, - покачала головой я, вырывая свою руку, - Я останусь здесь.
- Ты меня не поняла, девочка. Я хочу забрать тебя в Дахар. У тебя будет свой собственный дом, деньги, которые я буду присылать тебе ежемесячно на твое содержание, работа, которую выберешь ты и свобода. Ты сможешь делать все, что пожелаешь. Я обеспечу твою безопасность, но вмешиваться в твою жизнь не стану, - произнес Лис, глядя мне в глаза.
- А с чего вы решили, что меня это заинтересует? – ответила я, отходя от него подальше вдоль стены.
- Хорошо, другой вариант. То же самое, что здесь, только со мной. Обещаю, что дам вам столько свободы, сколько вам нужно, чтобы чувствовать себя счастливой.
Он сделал шаг ко мне.
- Вы точно здоровы? – поинтересовалась я, поглядывая на лежащий на полу меч, - Вы меня за кого держите? Убирайтесь отсюда! Я никуда не поеду!
- Было бы смешно и грустно, если бы ты согласилась, - ответил Лис, остановившись на месте, - Представь себе! Целый город пылает из-за дешевки, готовой в любой момент сменить хозяина. Ну что ж. Ответы мне понравились. Надеюсь, что они искренние. Но искренность твоих чувств мы проверим чуть позже.
Эрхард осмотрел комнату, дошел до моего кресла и сел в него, закинув нога на ногу.
- Я пришел поговорить с тобой. Времени мало, поэтому постараюсь изложить суть. Последние годы мы с Алардом редко переписывались. Впервые я увидел вас вместе у Вернера. И в тот момент мне показалось, что я вижу охотника, прижимающего к себе напуганную жертву, которая вынуждена быть рядом с ним исключительно в силу обстоятельств. Кстати, на тебе тогда было очень красивое платье. Сама выбирала? – поинтересовался Лис, с интересом разглядывая кольцо и шоколадку, лежащую на столе.
Я промолчала.
- Ответ – нет, я так понимаю. А есть ли у тебя хоть одна вещь, которую ты выбрала себе сама? Украшение? Наряд? – спросил он, снова бросая взгляд на лежащее кольцо.
Я снова молчала.
- Ответ – нет, - заметил Эрхард, - Это так на него похоже.
- А вам обязательно лезть в чужие отношения? Вы пришли сюда ради этого? – спросила я, стоя в трех шагах от него.
- Теперь обязательно. Дай сюда свою руку, - Лис снял перчатку и протянул свою, - Я должен знать, стоишь ли ты того, чтобы из-за тебя Алард пожертвовал Криором, а я – жизнью.
- Да что с вами такое? – тихо спросила я, пристально глядя на его огненные волосы, - С вами все в порядке? Может быть вам стоит успокоиться. У вас есть бладбук? Давайте напишем Абелю. Он придется сюда, и мы все обговорим.
- Я уже написал ему, - заметил Лис, вставая с кресла, - Я написал ему, что если в полдень его здесь не будет, мне придется тебя убить, так же как и остальных. Он придет. Даже не сомневайся. Дай руку. Не бойся, я не сделаю больно. Мне нужно знать то, о чем Абель мне не рассказывал. Мне нужно знать правду.
Тараканы зашуршали. Один из них напялил платок и стал приставать ко всем с характерным подвывом:
- Позолоти ручку! Скажу все, что было, что будет, чем сердце успокоится! Все скажу, ничего не утаю… Снимаю, порчу… Тьфу ты, снимаю порчу! Гажу… Тьфу ты, гадаю!
- Дай. Мне. Руку, - с расстановкой произнес Эрхард, - Если ты это сделаешь, я тебе кое-то расскажу.
- А почему вы сами не хотите ему ничего рассказывать? Я имею в виду Абеля… – возмутилась я, прижимая руку к груди.
- Когда Алард сюда придет, разговаривать с ним будет бесполезно. Сама увидишь. Давай, не упрямься. Я постараюсь осторожно. Не вынуждай меня делать это силой. Я должен знать ради чего мне пришлось убить остальных фюрстов.
Если он думает, что после такого чистосердечного признания, я протяну ему руку «дружбы», пусть не надеется. Я бросилась к двери.
Он поймал меня, швырнул на кровать, содрал с шеи медальон и надел себе на шею, придавливая меня своим весом к кровати.
- Итак, в твоих интересах не покидать эту комнату. Придется сделать это силой, раз ты не хочешь по-хорошему, - заметил Лис, усмехнувшись.
Я отбивалась, пыталась его пнуть, и скинуть с себя. Он слез с меня, поднял меня за шкирку, как котенка, прижал к стене, заломив руки до боли, а потом я почувствовала его дыхание на своей шее.
- Я не буду тебя убивать. Но будет больно. Очень больно. Так что не вертись… - заметил Эрхард, - Укус в шею очень болезненный… Так что постарайся сильно не дергаться. Мой тебе совет.
