Мои доводы не помогли. Я понял бы Мишина, если бы речь шла о литературной слабости, "недотягивания до уровня". Но, насколько понимаю, речь шла не об этом. У Мишина получается, что сионизм, этот главный враг России, должен остаться в стороне. не дойдем ли мы до того, что патриотическое издательство начнет принимать рукописи, чтобы возносить мондиализм и черный атеизм, сторонниками которого уже изобличили себя "братья" Мишина из "Дня"?
...Через некоторое время я снова разговаривал с Мишиным, дважды. Разговор был такой (даю со стенографической точностью, во всяком случае по смыслу):
- Тут ко мне пришел Т. Фамилию не называю, но ты его знаешь. И предложи свою книгу. Я ему говорю, что дескать, денег нет, все страшно дорожает: бумага, типографские расходы... А он без обиняков: сколько, мол, надо. Деловой мужик. Говорю: миллион. От фонаря. О чем речь, отвечает. По рукам, просил бы больше... А тут зашел такой задрипанный вахлачок, вроде шизофреника, и предлагает небольшую брошюрку. Говорю ему: нет возможности. А я оплачу, тихо отвечает без всяких яковых. Сколько надо? - Я снова от фонаря: четыреста тысяч.- Ладно, хорошо, говорит.
После этой красочной подачи (не без умысла) я подумал, что просто так не опубликуешься, что бы ни предложить. Надо оплатить. А где взять?
В следующий раз Мишин сказал:
- Старик, я к тебе отношусь благоговейно, хотя мы близко не знакомы. Но ты пойми и меня. Нет денег. Найди людей, пусть проспонсируют тебя. Чего тебе стоит? Вот Дорошенко (главный редактор "Московского литератора"-В.Ш.) нашел выход
-Я.- отвечаю.- не Дорошенко, и не Вознесенский с Евтушенко. У меня таких возможностей нет. Мне негде взять. А распродавать последнее не могу, не имею права. У меня ведь семья и немалая. Внучат только семеро, и все жрать просят. А сын мой, их отец, уже концы с концами не сводит... Кстати, сколько это стоит?
- Если десять тысяч экземпляров, то тысяч четыреста. А дальше соответственно считай.
Невольно подумал: "А Мишин и мне, наверное, от фонаря лепит".
- Нет, говорю, не потяну. Знаю только одно: моя вещь не залежится, быстро разойдется и целиком. Говорю так не потому, что - автор, а потому, что сам профессиональный издатель: и оборот, и масштабы у нас были куда большие, чем у вас. В рублях мы тогда (а это было до Горбачева) получали миллионные прибыли и в долларах сотни тысяч ежегодно. Причем, часть валюты мы могли тратить по собственному усмотрению.
- Да мне надо, чтобы за десять дней разошлось.- не унимался Мишин.
Этот аргумент был явно "нечистым". А если пятнадцать или двадцать дней? Некоторые книги "Палеи" лежат месяцами. Сам лично вижу это, останавливаюсь около уличных книжных торгашей. Неумелая и надуманная отговорка.
- А знаешь, сколько каждая твоя книжечка будет стоить?
- Сколько?
- Рублей сорок.
- Уверен.- отвечаю.- что и за такую цену расхватают. Сегодня сорок рублей - не деньги.
- Не скажи. Вон издали мы Стерлигова тридцать тысяч, так на мне до сих пор двенадцать тысяч висит. И рекламу сделали.
- Ты меня извини, отвечаю, вы же дерьмо издали. Чего же ты хочешь? С говна пенки снимать? Там ведь читать нечего: пустышка бездарная. Даже противно читать. Тут никакая реклама не поможет, мертвому припарка... А они Стерлигов, Лимонов и прочие - тоже тебе платят?
- Нет,- после некоторого раздумья сказал Мишин.
- А что же с меня-то дерешь? Издашь - в убытке не будешь. Могу даже машину в залог дать. Здесь не тридцать, все сто тысяч и больше раскупят. Так что навар хороший будет.
- Да пойми ты меня...
И дальше слышу снова о тяжелых временах, о дороговизне. Дескать: "жить не хочется"...
Говорю:
- Давай отойдем от Шумского, Иванова, Сидорова, Петров... Задаю вопрос гипотетический. Скажи! Вот к тебе пришел гений, допустим, вроде Достоевского или Гоголя, и что-то предложили, но денег у них нет. И тут пришли Вознесенский с Шоломом-Алейхемом и тоже предложили тебе свое и выложили тебе на стол, сколько ты запросил "от фонаря". По твоей логике получается: Достоевского с Гоголем ты не издашь, а этих литературных говноплюев - издашь. Так, что ли?
- Да... Знаешь, позвони мне через месяц...
А что звонить? Результат заранее известен. И не только для меня И выходит русским патриотам издаваться вообще негде даже казалось бы в единственном русском патриотическом издательстве. Прав идеолог сионизма-мондиализма Жак Аттали: всеми правят деньги. А если не всеми, то "Палеей" то уж точно.
