Скажем мы: "Не надо метать бисер перед боровом". В этой связи кое-что напомним. В одних их первых мартовских дней 1993 года телевидение показало встречу трех членов ГКЧП (Павлова, Шейна, Бакланова) с многочисленной жидовской сворой во главе с Боровым. Этот сионист нагло говорил, что он порядочный и нравственный человек и что "мы одержали" победу и никому ее не отдадим. Все это видели миллионы. Будучи на стороне гкчепистов, должен сказать, что они меня разочаровали, как личности. Их обзывали "дерьмом", а они подавленно говорили, что пришли на эту встречу для того, что бы показщзать миллионам людей , что всем вместе искать пути выхода из кризиса. С кем вместе? С убийцами России? Нет, эту встречу надо было использовать для того, что бы показать миллионам людей, кто есть враг России, и открыто объявить ему войну! Гэкачеписты сплоховали, стушевалдись, и оказались не на высоте. Они до сих пор не поняли, что рожденный предавать спасать не может.
8-й чрезвычайный съезд народных депутатов подтвердил те выводы, которые здесь даны по поводу 7-го съезда. Эра Ельцина кончилась. Если она и останется, то тоько в качестве оккупирующего Россию живого трупа! А такие в данном случае долговечными не бывают. Ее надо добить, не оставив от нее и следа. У Росси повысился шанс на выживание и вскресение. Если этот шанс будет упушен, то другому уже не бывать!
Да здравствует Россия!
Вместо заключения
Знаю, что не все отнесуться с одобрением к написанному мною. Тем более многие ( что называется, по накатанной колее) с доверием относятся к затронутым фигурам, уже до навязчивости примелькавшимся по телевидению, в печати на радио и даже в кино. Судя по первой части "Трупных пятин ожидовления" были такие которые реагировали так: "А сам-то Шумский откуда? Давно ли он положил на стол свой партбилет? Критиковать легко". Были ли те, кто воспринял мои суждения с интересом и даже с одобрением. Все это признак того, что общество наше расколото, и патриоты в том числе. Сейчас нет человека, слова которого всеми были бы приняты однозначно. Для меня же важна позиция русских и только их. И нет смысла тратить время и энергию на тех, кто находиться и действует вне русских рамок. Дело доходит до того, что русские (не евреи), проживающие в США, не зная меня лично, просили редактора журнала "русское самосознание" Николая Тетенова передать мне "скромную денежную поддержку". По нашим же масштабам получается, что у нас в стране я никогда такого гонорара не получал и не грезил о нем. Полагаю что так всевышний дает мне знать, что труд мой не напрасный и даже полезный. Едва ли меня вознаградит Сатана.
Занимаюсь этими проблемами давно, а с 1985 года все время и, смею думать, что профессионально. Так получилось, что это стало чуть ли не смыслом моей жизни. Ясно сознаю, что не могу быть безупречным в своих делах. На истину в конечноой инстанции не претендовал хотя ба потому, что усматриваю в этом проявление далеко зашедшей ограниченности и интеллектуальной безнадежности. Вместе стем не могу молчать. Считаю молчание постыдным. За кем же правота? Думаю, за тем у кого есть совесть. А совесть сегодня не у тех, кто ловок, словохотлив, изворотлив и тем более неискренен или подкупен. Уверен, что недалек тот час, когда люди, простые трудяги, матери и отцы, кормилицы, те, кто составляет не менее 95% от общего населения страны, смогут безошибочно определять истинную суть того или иного деятеля. Уверен в этом потому, что с 1985 года русскому народу так много и так нагло врали, что дальше лгать (т.е. делать хуже, а говорить, что будет лучше) уже просто бесполезно для тех, кто сделал ложь и предательство своей профессией. Пошлого и примитивного популизма Ельцина хватило на год с небольшим. Терперь он "раздет", король оказался не только голым, но и проклятым. А слово "Гайдар" за год стало синонимом предательства. И если дальше будут такие же популизм и обман, не будет конкретных и обнадеживающих дел. И придется с позором не только уйти, но и скрыться от возмездия. Или же прибегнуть к кровавой диктатуре. В этом случае уход может бытьненадолго отсрочен, но неизбежный после этого крах еще более ожисточиться и прежде всего по отношению к тем, кто в этом повинен.
