— Так, команда! — гаркнул Снегов поднимая стекло шлема. — Даю вводную по лагерю. Генерал намерен устроить чистку. Ученые умудрились высосать весь бюджет, так что не ровен час, объект вновь перейдет под наш контроль. Тебя Белов это не коснется, ты у Терентьева в особом статусе. Теперь по делу. Нам, чтобы переломить ситуацию, нужно сработать быстро, результативно и без потерь. Доходим до точки, проводим разведку, забираем все, что найдем и… обратно.
Пират как раз выкатил к охраняемому периметру, переключил на панели управления какой-то рычаг и машина засвистела, как реактивный самолет. Сильный рывок и вездеход быстро стал набирать скорость, мягко покачиваясь на кочках. Подавшись вперед, я смог взглянуть на спидометр. Стрелка подергивалась на отметке восемьдесят километров в час.
— В таком темпе мы меньше чем за час доберемся до опасной зоны, — напомнил я, включив переговорное устройство. — Или вы хотите до смены цикла обернуться?
— Машина выдержит. — махнул Снегов не оборачиваясь.
— Вы хоть раз смену цикла вблизи видели?
— Все рассчитано, не дрейфь, Сусанин, — вмешался Быстрый, просовывая под стекло шлема подушечку жевательной резинки.
— Я не из пугливых, но хочу напомнить, что от ударов молний во время смены цикла там вся земля покрылась запекшейся стеклянной коркой.
Мне никто не ответил. Каждый из команды занимался своим делом и, похоже, ни о чем не беспокоились. Лично меня такая самоуверенность группы откровенно пугала. Я, конечно, тоже не ветеран, всего-то один раз побывал у башни, но и этого вполне достаточно, чтобы не хотелось испытать подобное на собственной шкуре. Только остается, что заткнуться и уповать на удачу.
Машина шла очень уверенно и быстро. На некоторых участках Пират разгонялся до сотни. Лихо перепрыгивал какие-то мелкие кочки, с пробуксовкой взбирался на покатые возвышенности. Я начал беспокоится, когда под колесами вездехода зашуршала та самая растрескавшаяся стеклянная корка. Попытался выгнуться и развернуться, чтобы посмотреть в крохотное окно, но так и не смог. Быстрый с ухмылкой глядел на мою суету, то и дело подкладывая в рот очередную подушечку жвачки. И как только ему в пасть все это помещалось.
Пират вел машину как заправский столичный водитель маршрутки. Исходя, видимо, из принципа — «больше гари — меньше ям». Умудрялся, при этом, еще отвлекаться на какие-то разговоры с майором, но из-за рева двигателя я не мог разобрать ни слова в их беседе.
— Минутная готовность! — скомандовал Снегов и передал мне сканер, на котором белой мигающей точкой было отмечено место откуда исходил сигнал, а бегущие вверху экрана цифры означали расстояние до объекта.
— Пойдешь первым Сусанин! Том! Возьмешь правый фланг. Джерри! Ты как обычно, налево. Пират прикроет броней. Косой смотри за Сусаниным. Мы с Быстрым в тылу.
— Я не понял майор! Вы от кого отстреливаться собрались? От кого какой фланг прикрывать!?
— Твое дело вести Сусанин, вот и веди! — рявкнул Снегов через переговорное устройство, опуская стекло шлема.
Во мне будто бы всплыли прежние военные навыки. Последняя фраза майора как бы одернула, спустила на землю. Я действительно не должен вмешиваться. Содрав с фильтра пломбу, я накрутил его на дыхательный клапан. Быстрым движением подтянул лямки рюкзака, и как только броневик остановился, я первым открыл люк и выскочил наружу.
Нависшее над самым горизонтом оранжево-красное солнце уже почти не грело. Длинные тени казались изломанными на растрескавшейся запеченной корке стеклянных полей. Отмечая направление сигнала, я уверенно пошел вперед. Громадина черной башни, уносящаяся вершиной до самой стратосферы, странного вида вездеход, семеро человек облаченные в тяжелые защитные костюмы как в скафандры, все это создавало странное впечатление что мы уже не на земле, а где-то на другой планете. От таких мыслей, и от реальности всего происходящего у меня даже мурашки пробежали по спине.
— Сколько до смены цикла!? — спросил Быстрый, сопя у меня за спиной.
— Не больше двух с половиной часов.
— Дистанция до точки? — не унимался Быстрый.
— Четыреста метров…
Во мне что-то щелкнуло. Будто бы тонкой и острой иглой пронзили мозг. Доля секунды и я замер, поднимая вверх руку.
Упругий ветер мел по выжженной земле остатки сажи, хлопья серого пепла. От самой земли исходила какая-то пульсация, словно протяжное и гулкое биение огромного сердца. Я буквально физически ощущал возрастающее напряжение.
— Все назад! Отступаем!
Первая электрическая дуга поднялась из земли примерно на десять сантиметров, немного изогнулась, отрывая один конец, затрещала и тут же исчезла. Напряжение не убавлялось. Второй искрящийся росток крохотной молнии поднялся уже чуть дальше и на его конце уже плясал крохотный огненный шар. Электрическая дуга исчезла так же мгновенно, как и появилась, а вот огненный шарик еще секунду повисел в воздухе, а потом медленно, словно пушинка спланировал на землю и тоже исчез.
— Огненные цветы! Я такие видел только из бункера, но они появлялись в самом конце смены цикла. Что замерли! Уходим!
