Царь и Россия полностью

Дальневосточная политика. Сколько было сделано упреков здесь по адресу Николая II! Это была его личная политика, здесь он не находился ни под каким влиянием, он сам являлся знатоком Дальнего Востока, стоял во главе Сибирского комитета (по постройке великой Сибирской железной дороги и связанным с нею предприятиям и задачам), был в Японии и в Сибири. Некоторые ловкие дельцы (Безобразов, Абаза, Вонлярлярский, Бадмаев) сумели добиться благоволения Государя, подавая ему разные записки о Дальнем Востоке и предлагая свое участие в развитии разных дальневосточных коммерческих предприятий (лесных, золотых и т. п.). Но это не значит, что они влияли, — влиял именно сам Государь. Теперь проблема Тихого океана выяснена. Никто не может оспаривать ее огромного первенствующего значения. К Тихому океану обращены взоры всего мира. В будущем Тихому океану предстоит роль большая, чем Атлантическому. Государь обязан предвидеть будущее. Россия, которая обладала громадным протяжением Тихоокеанского побережья, должна была заранее подготовить и укрепить там свои позиции. Многие ли в России понимали это? Но Николай II понимал. У него было «орлиное око», он видел далеко вперед. У наших заурядных министров, бездарных «общественных» деятелей и огромной части публицистов было «око куриное», не видящее ничего дальше своего носа. Они упрекали своего Государя за его дальнозоркость и гордились своей близорукостью. Со всех сторон кричали: «Чего мы лезем на Дальний Восток? Своего дела внутри страны не обобраться, мы дразним японцев, мы вызываем их на войну». Войну с Японией неизменно и до сих пор ставят на счет Николаю II, утверждая, что он является ее виновником.

Так пишется история. Можно и в самом деле подумать, что Россия объявила войну Японии, по крайней мере послала в свое время вызов. Между тем как известно: Япония бросилась на Азиатский материк еще в 1894 году, за десять лет до войны с Россией напав на беззащитный Китай, захватив Корею и Квантунг и создавая угрозу нашему, тогда вовсе беззащитному Дальнему Востоку. Могла ли Россия остаться к этому безучастной? Россия выступила против Японии, и выступила не одна, но в союзе с Францией и Германией (при противодействии Англии). Этот союз также был идеей Императора Николая II. В то время он имел у себя блестящего помощника — министра иностранных дел кн. Лобанова-Ростовского, сменившего бесцветного Н.К. Гире. Князь Лобанов сумел объединить, казалось, необъединимое: Германию с Францией, и направить это объединение на пользу России. Соединенный флот (под командой русского адмирала) принудил Японию (без объявления ей войны и без боевых действий) прекратить войну с Китаем и пойти на уступки[105]. Японию не допустили тогда на материк. Ей пришлось удовольствоваться островом Формозой и контрибуцией (с Китая). Россия за свою услугу Китаю получила концессию на Восточно-Китайскую железную дорогу с отдачей в свое фактическое обладание всей Маньчжурии, аренду на Квантунский полуостров с Порт-Артуром и Талиенваном (переименованным в Дальний — теперь Дайрен) и протекторат над сделавшейся независимой Кореей. Кроме того, Россия (немного позже) урегулировала с Китаем вопрос об Крянхае (богатой области, заселенной русскими и уступленной нами Китаю по недоразумению, хотя она принадлежала России еще со времени Царя Михаила Феодоровича). Урянзай был возвращен России. Таковы были приобретения в результате вмешательства в японско- китайскую распрю. Возможен ли больший успех во внешней политике с затратой столь небольших усилий, как это было достигнуто Императором Николаем II в 1895–1898 годах? В связи с постройкой Сибирской и Восточно-Китайской железной дороги и укреплением Владивостока и Порт-Артура этот успех был очень оценен во всем культурном мире. Россия стала считаться могущественнейшей державой, ее кредит сравнялся с кредитом Англии и Франции и был выше германского. Мы выпускали на внешнем рынке 3 и 3,5 %-ные займы по курсу, близкому к паритету, — небывалое явление в истории мировых финансов.