- Идемте скорее, - не ответив на вопрос, пробурчал колдун. - Сами видите, что кругом творится.
До Чумичкиного дома они добрались без приключений, но у Надежды все время было такое ощущение, будто сгущаются тучи и надвигается гроза, даже буря. И это несмотря на то, что погода стояла почти безоблачная, а с неба светило яркое солнце.
Василий отметил, что "приличной" публики на улицах становилось все меньше, зато двери и даже ставни на многих домах были наглухо закрыты, а немногочисленные прохожие явно стремились поскорее оказаться дома или хоть в каком-то укрытии. Зато чуть не на каждом углу зловеще торчали группы "лихих молодцев", среди которых попадались и девицы не менее лихого вида, готовые в любой миг затеять какие угодно беспорядки.
Сопоставляя факты, Чаликова легко могла убедиться, что слухи о съедении царя соответствуют действительности по меньшей мере с девяностопроцентной вероятностью. Казалось бы, произошло то, к чему Надя стремилась, но отчего-то ее это совсем не радовало.
Рыжий ходил взад-вперед по приемной царского терема, будто хищник по клетке.
- Ну, что нового? - резко остановился он, заметив, что в приемную вошел чернобородый дьяк.
Вид у дьяка был столь же безрадостный, как у новоназначенного градоначальника:
- Ничего хорошего. Народу перед теремом человек сто с лишком, а половина охраны сбежала.
- Ну а что бояре, что главы приказов?
- Только что вернулся нарочный, - уныло ответил дьяк. - Всех объехал, и в приказах побывал, и на дому - ни одного не застал.
- Будто крысы с корабля... - вполголоса проговорил Рыжий. - А вы-то чего ждете? Я бы на вашем месте давно бы уже отсюда слинял, пока не поздно.
- А вы? - отрывисто переспросил дьяк.
- А я останусь.
- Ну и я останусь.
Рыжий вновь стал мерить приемную шагами, потом резко встал, как вкопанный.
- Скажите, вино у вас тут есть?
- Есть, как не быть, - чуть удивился чернобородый. - И вино есть, и наливка, и пенник. Чего предпочтете?
- На ваш вкус, - Рыжий присел за "секретарский" стол и принялся бездумно перебирать указы, ходатайства и верительные грамоты.
Дьяк скрылся в глубинах терема и очень скоро вернулся, неся поднос с кувшином, чаркой и солеными огурцами на тарелке. Расставив все это на столе, он налил пол-чарки:
- Вишневая наливка сгодится?
- Сгодится, сгодится, - вздохнул Рыжий. - А сами-то?
- Нет-нет, я не употребляю, - стал отнекиваться дьяк.
- Вы хотите, чтобы я один пил, будто горький пьяница? - с горечью усмехнулся Рыжий.
Вместо ответа дьяк сбегал за второй чаркой и налил себе - чуть-чуть, на донышке.
- Ну, поехали, - провозгласил Рыжий. - Уважаемый... Кстати, сколько с вами знаком - и даже имени вашего не знаю. А наливка хороша-а! Вот Наденька Чаликова зовет вас очень уважительно - дворецкий Бэрримор.
- Звучит внушительно, - дьяк пригубил наливки и закусил огурчиком. - А что это, простите, означает?
- Это такой англицкий джентльмен, - мрачно ухмыльнулся Рыжий, - который то и дело приговаривал: "Овсянка, сэр!".
- А меня, кстати говоря, весьма похоже зовут, - откликнулся дьяк. - Борис Мартьяныч.
- Звучное имя, - одобрил Рыжий и щедро наполнил обе чарки почти до краев. - А главное, редкое.
- Ну а вас-то как по-настоящему звать? - полюбопытствовал Борис Мартьяныч. - Рыжий - это ведь не имя и не родовое прозвание?
- Рыжий - это и имя, и прозвание, и состояние души, - снова помрачнел Рыжий. - А имени у меня нет и не было. А коли и было, так давно быльем поросло.
И Рыжий, будто заправский выпивоха, ухарски опрокинул в себя содержимое чарки. Дьяк Борис Мартьяныч, придерживая бороду, осторожно выпил до половины.
Тут в приемную, топоча сапогами, ввалился царский стрелец в красном кафтане. Увидав "пьянку на рабочем месте", совершенно невозможную при Путяте, он хотел было выйти прочь, но Рыжий остановил его.
- Ну, что там на улице?
- Народ прибывает, - бодро доложил стрелец. - Царя-батюшку хотят лицезреть.
- Хотеть не вредно, - уже слегка заплетающимся языком ответил Рыжий. И оборотился к дьяку: - Ну что, дружище Борис Мартьяныч, покажем народу царя-батюшку? Хотя не много-то чего полицезреть осталось - одни косточки, да и те обглоданные!
Дьяк испуганно перекрестился:
- О Господи, ну что вы такое говорите!
- Правду говорю, только правду и ничего, кроме правды! - ответил Рыжий, словно припечатал. И строго глянул на стрельца, который с испуганным видом переминался с ноги на ногу: - У тебя что-то еще?
- Да. Вы, господин Рыжий, спосылали вашего возницу за князем Длинноруким. И вот он вернулся...
- И, конечно, без князя Длиннорукого? - не то спросил, не то констатировал Рыжий.
- В градоправлении его не было, а дома сказали, что князь вместе с супругой уже отбыл в Ливонию исполнять должность посла, - сообщил стрелец. - Но сосед оказался дома, и его-то ваш возница уговорил приехать сюда. Прикажете ввести?
Рыжий только рукой махнул и подлил себе еще немного наливки.
- Что за сосед? - удивленно переспросил дьяк, взором проводив охранника.
