Станислав с интересом оглядывал енисейца, задавая тому традиционные вопросы о здоровье императора, самого посла и его семьи да о трудностях, кои пришлось претерпеть в пути. Игнатий, склонив голову и приложив ладонь к груди, с не меньшим вниманием поглядывал на главу сибирской державы, учтиво отвечая на все вопросы. Наконец, все прошли в залу для переговоров, ещё богаче украшенную, чем было ранее, на переговорах с послами из далёкой Хивы, где расселись по мягким креслам ангарской работы. На стоящих подле резных столиках были расставлены лёгкие яства - орехи, мёд, хивинские сухофрукты, а в чайниках томился ароматный напиток.
Соколов, к своему неудовольствию, чувствовал некую скованность, наблюдая за напротив, уверенным в себе гостем, а потому решил начать разговор первым - улыбнувшись, он чуть подался вперёд:
- Так с чем вы прибыли, Игнатий Янович? И отчего сам Владимир Алексеевич не приехал - ведь он желал снова вернуться в Ангарию.
- Императору предстоят важные переговоры с венгерскими повстанцами, - официальным тоном заговорил Русаков. - В Галич из Трансильвании тайно прибыл Ференц Ракоци со своими самыми близкими людьми. Явились и люди от породнившейся с ним семьи Зринских из хорватских земель. Государь хочет ослабить Австрию венгерским мятежом.
- Но ведь Владимир заключил союз с австрийцами! - удивился Соколов. - Зачем же сейчас ломать его, встречаясь с бунтовщиками?
- Я вижу, вы не владеете полной информацией, - прищурившись, с явным удовольствием проговорил Игнатий. - Леопольд Австрийский первым нарушил союз, заключив с турками тайный мир, в обмен на венгерские земли Трансильвании. Кроме того, обе стороны на переговорах в Никополе нашли полное понимание в вопросе опасного усиления их соседа - то есть Руси. Так что теперь у нас развязаны руки.
Соколов, хотевший было что-то сказать, на миг застыл и, хмыкнув, откинулся на спинку кресла.
- Почему ты удивлён, Стас? - кашлянув, проговорил Карпинский, покосившись на посланника. - Договор исполняется сторонами, только если он выгоден, либо если нет возможности его нарушить.
- Вот это верно, Пётр Алексеевич, - заметил Русаков, - уж вам ли не знать, насколько необязательными могут быть подписи и сургуч, их скрепляющий. Главной скрепой международного договора служит сила армий договаривающихся сторон - до иного состояния дел цивилизация пока не дошла и дойдёт ещё не скоро.
- Игнатий Янович, - подобрался Карпинский, - ты говоришь совсем не так, как принято на Руси. Да и жесты твои...
Гость промолчал, едва улыбнувшись.
- Игнатий! - повысил голос Пётр. - Откуда ты родом? Отвечай!
- С северных землиц, - ухмыльнулся Русаков. - Прибыл в Архангельск с голландцами да поступил с ними заодно на московскую службу.
- В Архангельск? Откуда? - сощурил глаза Карпинский, недоверчиво поморщившись.
- С Новой Земли, - откинувшись в кресле, холодно отчеканил Игнат. - Я не стану ничего скрывать, кроме того, я уже сделал всё, чтобы вы это поняли. Да, я оказался в заложниках времени, так же как и ваши люди. Только я сделал это по своей воле, а вы по воле судьбы. Цель моего приезда, Станислав, это твоя подпись на этом документе, а так же одобрение бумаги оставшимися в живых первоангарцами, - Русаков бросил взгляд на старика и, выбрав нужный лист из стопки, протянул её Петру, - это предложения императора.
- И давно ты в этом мире? - холодно бросил Карпинский, даже не взглянув на грамоту.
- Достаточно, - усмехнувшись, кивнул Игнатий. - Мой предшественник не смог проявить себя, он много раз ошибался, начиная с первых разведчиков, один из которых - церковный расстрига и вор, в итоге оказался на суку.
- Конан? - с недоумением произнёс Пётр.
- Он самый, - махнул рукой Русаков. - Но, прошу, забудем сейчас об этом! Я приехал вовсе не для того, чтобы вспоминать былое.
- Э-э, нет! - помрачнел Карпинский. - Если ты хочешь хороших отношений меж нами, то без откровенности с твоей стороны они никак не сложатся.
Для Русакова разговор принимал неприятный оборот и он сразу понял, каков будет следующий вопрос.
Меж тем, натужно откашлявшись, старик-первоангарец хрипло продолжил:
- Ты мне что скажи, мил человек, полковник Смирнов - тоже ваша работа? И не вздумай врать мне! Не тот случай.
- Врать вам? - усмехнувшись, сухо переспросил Игнат, постукивая пальцами по лакированной поверхности стола. - Вот такое у вас уважение к гостю.
- Не юли, - поморщился Пётр. - Выкладывай, всё, как есть.
- Кажется, я понимаю, чего хочет Владимир, - сложив руки на груди, проговорил Соколов.
- Тогда дело за малым, - натужно улыбнулся Игнат. - Надо всего лишь принять протянутую вам руку дружбы. Не думаете же вы, что и дальше Ангария будет снисходительно приглядывать за Москвой, а та продолжит терпеть вольницу на своей восточной украйне?
Стас, наконец, решился:
- Мы не можем рисковать, отдавая наши знания, наши умения, весь наш опыт во власть московских бояр, которые не смогут осознать, что попало в их руки и просто уничтожат накопленное нами...
