Я провел на острове ночь, забыть которую невозможно. Каждые шесть часов я давал мальчику антибиотики широкого действия — в присутствии всего племени. Никто не сомкнул глаз в ту ночь, никто не отошел от постели мальчика. Там были и женщины, которым обычно не позволяется присутствовать при важных делах. Это привилегия мужчин. Но только не здесь, на острове племени покомо.
Температура у ребенка начала быстро снижаться. Первоначальный диагноз — острое воспаление легких — был, по-видимому, правильным. В течение еще четырех дней сыну вождя необходимо было давать лекарства. Интервалы между приемами надо было строго соблюдать, поэтому я велел временно поселиться на острове одному из зоологов Маррея. Но скоро необходимость в этом отпала: покомо научились все делать сами.
Они поняли также и то, что у нас осталось мало времени. Уже на следующий день в полдень через речку переправилась большая группа покомо, направляясь в наш лагерь. Они вернулись.
Никто не изъявлял мне благодарность за излечение сына вождя, и на этот раз все обошлось без слов. Своим безошибочным чутьем они поняли, что это ни к чему, что существует нечто более сильное и действенное, чем слова.
Последовали радостные для нас дни, в лагере царило хорошее настроение. Покомо трудились от зари до самой ночи. За необыкновенно короткий срок мы выстроили лагерь, загоны и заградительные полосы, необходимые при новом способе отлова.
Однажды ко мне пришел Симон и убитым голосом сказал:
— Бвана, идите посмотрите.
Мы отправились в буш. Из заграждений были выломаны колья, а часть снесена совсем. Я вспомнил, как после снятия с нашего лагеря осады воины-борано угрожали Альфонзу:
— Когда ваши загоны заполнятся животными, мы выпустим их. А в вашем лагере будем пасти коров.
Как видно, месть борано не заставила себя ждать.
— Не горюй, — утешал меня вождь покомо, прибывший поэтому случаю с острова. — Мы все построим снова.
С той поры мы по очереди несли караул. К лагерю теперь можно было пройти лишь по одной тропе, да и ту мы на ночь забрасывали ветками. Наш лагерь постепенно превратился в крепость.
Но это не было выходом из положения: все время приходилось опасаться, что борано в любой момент могут разрушить все наши постройки. Через два дня мы рассчитывали начать отлов животных и с радостью готовились к этому. До этого времени необходимо было что-то придумать или помириться с племенем борано.
