– Зато я знаю, дурочка. – Голос был насмешливым, глумливым. – Все равно сделаешь, как я тебе скажу. – В пристройке послышалась возня. – Не рыпайся, дура! Смирно сиди. Могу разбить тебе рожу, но все равно трахну.
– Прошу тебя, ну не надо, не надо…
Возня не затихала. Отчетливее слышалось порывистое дыхание девушки. Она сопротивлялась.
– Я не хочу!
Последовал хлесткий удар по лицу. У Риты бешено заколотилось сердце. Как все было знакомо: до боли, пронзительного и нестерпимого гнева. Молния сверкнула над самой головой Риты, ослепив всю округу пронзительным голубым светом, оглушительный гром вновь расколол небо на части. В сарае девушка завопила что есть силы.
– Заткнись, сучка! Это видела? Видела это, дура?! Видела?!
Голос девушки непроизвольно оборвался. Рита поняла: нож.
– Видела? – повторил парень. – Повернись, сучка, ну? – Он ударил ее. – Повернись, сказано! – Еще пощечина. – Вот так. Можешь скулить, но тихо, ясно?
Рита распахнула дверь.
– Черт! – услышала она. – Черт! Черт!
Она вошла, огляделась. В пристройке, заваленной строительным хламом, было душно. Слева от дверей стоял теннисный стол. Девчонку нагнули у него, крепко прижали щекой к заляпанной краской поверхности. Заплаканное лицо, спутанные светлые волосы, завернутая юбка. Их с Ритой взгляды встретились. Рукой, в которой был зажат нож, парень зло дергал молнию на джинсах:
– Черт! Черт!
За спиной сверкнула молния, покатился гром.
– Член себе не отрежь, – сказала Рита.
Увидев свидетеля, парень в первое мгновение обомлел. Незнакомка вышла будто из молний, из грома небесного.
– Отпусти ее, – сказала она.
Парень был длинноволосым, грязноватым на вид, в проклепанной старой кожаной куртке. Рокер. Так и не справившись с замком, он смотрел на нее, Риту, во все глаза.
– А ты откуда взялась?
– С небес. Я тебе сказала: отпусти ее.
– Понятно, – усмехнулся он, – хочешь присоединиться?
Рита усмехнулась в ответ:
– Почему бы и нет? Всю жизнь о тебе мечтала.
– Тогда проходи, – зло выговорил он, бросил девушке: – Жди. – И шлепнул по ягодице. – Я скоро.
С ножом парень управлялся просто – из правой руки перекинул в левую, вновь поймал правой. Видно, тренировался и был ловок.
– Хочешь быть первой? Я согласен, если мечтала.
Он быстро оглянулся на девушку, приподнимавшую голову, ткнул ножом в ее сторону:
– Порежу, сучка. – И шагнул к Рите: – А ты смелая, мне это нравится. И красивая, падла.
– Ну, кто из нас падла, это еще бабушка надвое сказала. – Она была невозмутима. – Ты на падлу похож больше, можешь поверить мне на слово.
Парень улыбнулся, вытянул левую руку, поманил ее пальцами.
– Идем.
– Ты иди.
Парень еще раз метнул взгляд на девушку, неподвижно следившую за ними, и двинулся на Риту, держа в вытянутой руке нож.
– Зря ты ввязалась, – приближаясь, проговорил он. – Ох, зря.
– Посмотрим.
Рита отступила, когда он махнул у нее перед лицом ножом, отпрянула второй раз. Ударила его по голени – что было силы, и отскочила в сторону. Но третий выпад, вдогонку, достал острием ножа ее плечо. Она прихватила порез левой рукой. Лицо противника тоже исказилось от боли. Удар ногой получился крепким, точным. А главное – умелым.
– Сука, – припав на подбитую ногу, хрипло сказал он.
Раздражение и гнев внезапно вспыхнули в нем. Он бросился на Риту, рассчитывая на мужскую силу и мощь.
Рита прыгнула на дощатый пол, ударом левой ноги подсекла парня. Тот не ожидал такого выпада и, не выпуская ножа, повалился в кучу мусора. Пока он неистово разгребал руками картонные ящики, банки из-под краски и прочий строительный хлам, Рита быстро подскочила, ища глазами, чем можно было вооружиться. У одной из стен стояли метлы и лопаты, но они придавлены стендами, за секунды не достать. Единственное, что могло пригодиться, ящик с песком. А парень, рыча, уже выбирался из кучи, куда нырнул с головой. Падая, он распорол себе скулу, порез обильно кровоточил – струйка крови ползла по шее.
– На куски порежу! – хрипло заревел он, смахивая с лица кровь и ища глазами противника. – Убью, тварь!
Рита метнулась к ящику, зачерпнула в кулаки песок. Распрямившись, она встретилась взглядом с девчонкой – та забилась под стол. И, обхватив коленки, таращилась то на нее, то на парня.
Но тот уже понял: его противник – не промах. Настоящий боец. С ним стоит быть осмотрительным и осторожным. Но гнев в парне теперь превратился в слепую ярость, и справиться с ней ему было не под силу. Бормоча угрозы, он второй раз провел тыльной стороной ладони по лицу. Рана была глубокой, и кровь никак не унималась.
– Нет, я тебя не убью, а все лицо изрежу. Будешь, как Фреди Крюгер. Поняла, тварь?
Рита не отвечала. Она знала – нельзя. Собравшись, она следила за единственным предметом – острием ножа, что сейчас плавало в воздухе, целилось на нее, приближалось.
«Надо было все сделать по-другому, – лихорадочно думала Рита. – Не дать ему позволить подняться из той кучи. Попытаться свернуть шею. Выдавить глаза. Нет, думать так – значит проиграть!»
