– Да у постового словесное недержание. Все вывалил, только что не рассказал, в каких позах ее трахал. А про веганскую шпионку – это что, серьезно?..
Алекс хохотал. Во весь голос, громко, не обращая внимания на удивленные взгляды остальных посетителей. Ржал от души, так, что из глаз у него катились слезы.
– Кирюха, ты анекдот про Косыгина, «Голос Америки» и подводную лодку слышал?
– Это где постовой горшок принес на заседание политбюро, типа «Голос Америки» передал, что Косыгин обсикался»? Ну?
– Он самый. Погоди, слезы хоть вытру. Черт, а нечем… Ладно. Я тут у них пару дней назад шухер навел, и про Диану эту тоже спрашивал. Кстати, про Токсово…
– Нет там таких, и не было. И она точно не наша. У нас луками не охотятся.
– То есть, разведка у Империи так себе, не дальше Питера… Ладно. Тогда я точно не ошибся. Только я ж никому тут этого не говорил. Все доложил только Ратникову, но он-то уж точно с Павликом этим, – Грин кивнул в сторону поста, – не делился.
И он опять засмеялся.
– Да ладно, никакой государственной тайны тут нет, но этому болтуну язык прищемить надо. Посидишь тут, или со мной?
– Давай с тобой, в сторонке постою.
Дежурный все понял сразу, как только заметил Векса рядом с Грином…
– Слушай, он там, часом, не обделался?
– Да нет вроде. Пока. Но зуб даю, мы еще отъехать не успеем, как он сорвется в гальюн.
Алекс ошибся, но совсем немного: Павлик удрал в сортир, когда дрезина скрылась в туннеле. Еле добежал.
– Да… Ситуация.
Бутылка опустела, Алекс предложил достать еще, но Векс отказался: уже лишнего.
– Вот и я все думаю, как из этого всего выбраться?
– Не, этот, главный у них там, Виктор, он тебя за волшебника считает? Глупо все как-то это.
– Да нет, Сашок, не глупо. Расчет верный, подстраховалась эта сволочь со всех сторон. Обложила. Захочу жить – правдами и неправдами приведу нужного человека, захочу помереть – одному не выйдет, всех вас погублю. Думал, повезет, в дороге что случится. Так нет! Парнишку, молоденького совсем, какая-то тварь убила, а я – живой! Непруха, короче.
– А не блефовал он?
– Кто знает. Но проверять не хочется. Да и укольчик-то у него классный, таких точно сейчас не делают.
– Зашибись. И что делать будем?
– Буду. Ты не ввязывайся. Это моя война.
– Да-да… «Не трогай его, он мо-ой!». Кир, не в кино. И давай укладываться, утро вечера мудренее, все равно придумаем что-нибудь.
Разбудил их стук в дверь.
– Эй, вы что там, сдохли, что ли?
– Я тебе сейчас дам «сдохли»! Совсем пиитету никакого, ты как со взрослыми разговариваешь?
Алекс втащил в «квартиру» вестового, совсем пацана, за ухо втащил.
– Тебя кто таким манерам учил, а? Все, Рату сегодня же доложу, пойдешь на Политех, в мастерских поработаешь, уму-разуму там быстро научат. А то наберут блатных на синекуру!
– А-а, пусти, больно.
– Что?
Парень не сразу, но сообразил.
– Пустите, – и добавил спустя мгновение, – пожалуйста.
Грин отпустил ухо.
– Так-то. А теперь говори.
– Рат зовет, вон того, – мальчишка кивнул в сторону Векса. – Сказал, чтоб побыстрее.
– Передай, что будет. Побыстрее.
Вестовой удрал, что-то бормоча под нос и потирая покрасневшее ухо.
– Хорошо ты его. А что такое «синекура»?
– Да хрен его знает. Машка, жена моя, любила повторять, я и запомнил. Типа, деньги получает просто так. Не знаю, короче. Собирайся.
Ратников их ждал.
– Ты чего на ребенка наехал? Ухо ему чуть не оторвал?
– Пожаловался уже? Хороший кадр растет. Поздравляю.
– Да ладно тебе, наехал. У меня телефон что-то молчит, вот я и послал Карлова Ромку. А ты сразу уши драть, мастерскими угрожать.
– А тебе Марка мало, еще одного такого выкормить захотел?
Рат изменился в лице, от благодушного настроения не осталось и следа, хотел что-то сказать, но сдержался.
– Проехали. Кирилл Сергеич, ты мне про Диану Невскую расскажи. Была у вас такая в Токсово, или как?
– Нечего рассказывать. Нет такой и не было. И просьба у меня к тебе. Черкни письмо в Мурино, мне поговорить надо с тамошними. Боюсь, приду без верительной грамоты, турнут.
– Ничего так переход. Уверен?
– Точно. Так как про письмо?
– К Оганесычу-то? Не турнут, но с ним надежнее. А о чем беседы говорить собрался? Или секрет?
– Секрет. Но расскажу. Потом. Обещаю.
– Ладно, раз уж у меня перед тобой должок, черкну.
Ратников уже взялся было за карандаш, но потом взглянул куда-то через плечо Алекса.
– Знаешь что? Приходи через часок. Готово будет.
В дверях они столкнулись с Нютой.
– Ну, старый пердун! Совсем сбрендил, что ли?
– А кто это? Девчонка, в смысле.
– Нюта, шалава. Сделала из мужика на старости лет сексуального маньяка.
Векс фыркнул.
– Тебе будто завидно, чес слово. Хрен с ними, пусть трахаются сколько хотят.
– Да я не о том! Просто, как ни приду к нему, эта шлюха там под столом сидит, минет делает. А тому – ссы в глаза, божья роса. Он бы еще совещание собрал, а сам ее на столе разложил. Любуйтесь!
– Говорят, Рим пал, когда там нравы стали фривольными.
