- Пусть верят, что мы идём к ущелью, это даст нам время, ибо они будут готовить нападение именно там и раньше ничего не сделают. Я вышлю разведчика, дабы определил, как далеко от нас ущелье, сегодня лагерем встанем стадиях в двадцати пяти от него. Для варваров будет очевидно, что уже завтра утром мы пойдём там, поэтому они ещё вечером отправят часть своих залечь для засады. Ночью будем действовать - перебьём карнов в ущелье и постараемся пересечь его, пока враг ничего не заподозрил, возможно, именно так нам удастся уйти, впрочем, всё в руках богов.
До вечера никто не знал о враге, лишь Зена вела отряд по одной ей известному плану, всадник сообщил ей, что ущелье лежит в сорока стадиях, и она, заставив людей как можно быстрее преодолеть пятнадцать из них, указала место для лагеря. С моря приплыли густые, синеватые облака, что залегли над горой, предвещая дождь и мерцание небесного огня, но ночь расстилалась тихой и тёмной. У костра Зена рассказала стратегам о враге и своём плане, потом велела шести десяткам воинов скрытно готовиться к выходу, сама взяла ловкого Ферамена и отправилась разведать расположение варваров.
Габриэль готовилась рядом с Персеем и Александром, вновь ей предстояло взяться за короткий меч и действовать очень близко, но после уроков Зены она чувствовала себя уже иначе. Они, как и остальные воины, готовились выйти налегке, лишь девушка не сняла свой довольно лёгкий льняной панцирь, щитов вовсе не брали. Помня об Иллирии, они вновь решили покрасить лица, использовав уже нагоревшие в кострах угли. Воительница вернулась довольно скоро, она рассмеялась, увидев, воинственные образы своих спутников, и коротко рассказала им, что видела:
- Как я и думала, большая часть карнов осталась у нас за спиной, сотни и сотни, считать не было времени. В засаде сидят человек сто, сейчас они должны спать, я нашла путь на ту гору, где они устроились. Сейчас мы пойдём, Ономакрит же останется с остальными, что будут делать вид, будто лагерь спокойно отдыхает, пусть горят костры и слышатся людские голоса.
Воины выступили за Зеной, они шли без единого огня, поначалу медленно и пригнувшись, потом - быстрее, каждый старался держать перед глазами спину идущего впереди. Сама воительница видела путь и в безлунной мгле, недалеко от ущелья, где дорога начинала быстрый спуск вниз, попадая меж большого, лесистого холма с отвесным краем и голой скалы, она свернула левее, по свежей траве заходя на холм. Здесь все прильнули к земле, часто опираясь и на руки, Зена подала знак отряду растянуться пошире, чтобы охватить врага полукругом. Без всякого клича, воины двинулись вперёд, и нападение началось словно само собой, ибо где-то уже вонзали кинжалы в прикорнувших у стволов деревьев варваров, в других же местах лишь подбирались к врагу.
Зена убивала стремительно, рассекая горло одним ударом или же вонзая короткий меч в печень, Габриэль, что шла за ней, поначалу не могла найти себе противника, видя лишь умирающих, оставленных ею позади. Однако многие из карнов не спали, и лишь тех, что лежали с краю стоянки, воинам отряда удалось убить во сне, остальные же вскочили, хватая оружие и криком сзывая своих. Тут произошла самая яростная сеча, ибо, чтобы не дать врагу опомниться, Зена бросилась в самую их гущу, за ней устремились и Александр с Фераменом, увлекая остальных воинов. Габриэль не желала отставать и, с яростным криком, набросилась на первого попавшегося варвара, сбила его с ног и, оказавшись поверх него, вонзила свой кинжал ему в грудь. По густой крови она поняла, что одолела, рядом же Зена не замедляла движения ни на мгновение, в правой руке у неё был меч, в левой же - кинжал, она раздавала молниеносные удары, не добивая, ибо знала, что это за неё сделают другие. Удары воительницы достигали уязвимых мест без особого труда, ибо из врагов лишь единицы были в самых простых доспехах. Близ неё горячо и ловко работал Ферамен, оказавшийся знатным умельцем вонзать кинжал снизу под рёбра, как это любили киликийцы, Александр же с виду был холоден и методично загонял меч в каждого противника до тех пор, пока тот не переставал дышать.
