До верховодки докопались быстро, но мутной влаги оказалось немного; она больше терялась в земле, чем просачивалась сквозь почву. Грунтовая вода появилась на глубине четырех саженей, и ее тут же отделили от загрязненной верховодки и поставили дубовые срубы. Уже на следующий день простой колодец с деревянным журавлем был готов, и Маша на радостях наградила всех копавших его слуг. Теперь русским можно было спокойно жить, не дожидаясь пока коварная Фатима-Султан соизволит выделить им нужные бочки с водой.
» Глава 10
В Ханском дворце поначалу терпеливо ожидали, что отказ в воде заставит дочь воеводы Плещеева убраться из Касимова подобру-поздорову. Молодой правитель полагал трех-четырех дней без воды будет достаточно, чтобы невеста от царя Алексея признала свое поражение и поспешила покинуть негостеприимный татарский город. Однако дни проходили за днями, наступили Покрова, а русские послы не думали собирать свой обоз в обратный путь. Касимовского царя разобрало такое любопытство, что он не смог удержаться от того, чтобы не узнать в чем дело, и позвал к себе дворецкого Килелерджи-баши.
- Что желает мне приказать владыка Ильдар? – с низким поклоном спросил дворецкий.
- Пошли наиболее расторопных слуг разведать как русские послы живут без воды, - небрежно велел ему хан.
- Слушаюсь и повинуюсь, - снова поклонился дворецкий. Покинув царские покои, он тут же отдал нужные распоряжения нукерам, поднаторевшим в искусстве сыска. Соглядатаи быстро все разузнали и, когда еще дневное солнце не достигло своего зенита, вернулись в Ханский дворец с докладом, что молодая госпожа из Московии сумела найти воду в окрестностях Ямской слободы. В дополнительных водных источниках она не нуждается и даже раздает добытую влагу бесплатно всем желающим.
Узнав эту новость, царь Ильдар задумался. Его мать от природы не была жестокой женщиной, но высокомерие и честолюбивые планы сделали ее безжалостной властительницей, без колебаний расправляющейся с неугодными ей людьми. Даже его бесправные, не имеющие особого значения наложницы страдали от ее приказов – стоило какой-нибудь бедняжке забеременеть от случайной ночи любви с ним, так специально обученный евнух метким ударом в женский живот избавлял ее от будущего ребенка. Фатима-Султан безумно любила своего внука Карима и таким способом стремилась обезопасить его даже от потенциальных соперников в виде не рожденных братьев, которые могли бы представлять для него угрозу в наследовании трона. В какой-то мере Ильдар ее понимал, поскольку сам безоглядно любил своего первенца и не хотел борьбы своих сыновей не на жизнь, а на смерть. Но сознание того, что забеременевшей от него наложнице придется вынести мучительную боль во время избавления от зародыша постепенно отвратило его от утех на любовном ложе. К русской невесте Фатима-Султан будет не просто беспощадна, она постарается лишить ее жизни после того, как ее план выжить русских послов из Касимова потерпел неудачу – в этом молодой хан был совершенно уверен. И Ильдар решил еще раз поговорить с дочерью воеводы Плещеева и уговорить ее покинуть Касимовское царство во имя спасения своей жизни. Девушка была ему безразлична, однако он не хотел, чтобы о его матери пошла дурная слава.
Делать это следовало быстро, пока Фатима-Султан не прознала подобно ему о новом колодце в Ямской слободе. Она была занята возведением великолепного мавзолея для своего усопшего супруга Арслан-хана, через день ездила на стройку, и это занятие несколько отвлекло ее внимание от Маши, скрывая от нее постигший ее план неудачу.
Строительство текие почти завершилось. Правительница, окинув новый мавзолей придирчивым взглядом, не нашла в нем каких-либо изъянов и собралась возвращаться в дворец. Но тут возникла заминка. Фатима-Султан, желая повеличаться перед народом, разъезжала по городу в большой раззолоченной колымаге, запряженной "черными людишками», приехала она таким способом и на стройку. Но путь от Ханского дворца до кладбища был не близок и татары, тащившие экипаж султанши заметно устали. Не желая тащиться домой с черепашьей скоростью Фатима-Султан велела охране впрячь в хомуты дюжих русских строителей, которые почти закончили класть из камней стены усыпальницы. Но русские взбунтовались, наотрез отказавшись стать «ханскими лошадьми».
- Экие вы аляны(ленивые), - начала ругаться на них Фатима-Султан, искренне удивленная их строптивостью и несговорчивостью. Она искренне считала, что для всех жителей Касимова является великой честью везти на себе ее, правнучку великого пророка Мухаммеда и мать касимовского владыки Ильдара. Однако ни брань, ни увещевания не возымели никакого действия на русских каменщиков, и впрячься в хомуты пришлось дворцовым стражникам, чей обязанностью было доставить в Ханский дворец мать царя в целости и сохранности.