Эвакуацией ценностей из Казани в Самару руководил начальник особого эсеровского отряда, солдаты коего сопровождали трамвайные вагоны до пристаней. Подачей барж и пароходов распоряжался командующий речной флотилией Ковалевский. На каждый пароход я назначал по 3–4 человека от банка, чтобы контролировать ценности в пути, доставить и сдать их на место в сохранности. Старший из командируемых снабжался особой препроводительной бумагой с обозначением подробно суммы, номеров ящиков и прочих отличительных признаков».
16 августа под Казанью впервые в истории Гражданской войны красные атаковали противника сразу двадцатью самолетами. После налета, пользуясь сгущающимися сумерками, летчик А.Ю. Штурм сумел оторваться от аэропланов красных и посадить свою машину на нейтральной полосе. На следующий день по этому поводу главным комиссаром Красного Воздушного флота А. В. Сергеевым был составлен рапорт:
«16 августа 1918 г. под Свияжском… А.Ю. Штурм вылетел на самолете “Ньюпор-24” для обстрела г. Казани и, возвращаясь обратно, заблудился из-за позднего времени и сел между нашими позициями и расположением чехословаков у дер. Елизаветинская…. Летчик бежал в лес и пропал без вести. На другой день под моим руководством летчики Павлов, Ингаунис, Былинкин и комиссар группы Семенов пошли выручать самолет. Ввиду отказа красноармейцев 1-го Сов. Вл. полка, 6-го Латышского полка, сидевших в окопах, идти за самолетом… комиссар Семенов пошел со мною на разведку в деревню, где нашли самолет, и, позвав 5 красноармейцев, на крестьянских лошадях под угрозой расстрела хозяев их, вывезли таковой в наше расположение вполне исправным. Прошу об отпуске мне в виде награды комиссару Семенову 5000рублей из особо отпущенных мне сумм».
В тот же день 16 августа подпоручик Штурм был зачислен на «провиантское, приварочное, чайное и табачное довольствия» при штабе авиации «народной армии»…
Но перебегали к «учредиловцам» не все. С 11 по 31 августа летчики красных совершили 179 боевых вылетов с общей продолжительностью полетов более 200 часов. Иногда летали по 2–3 раза в день группами в 12–18 самолетов. Всего под Казанью было сброшено 3 тонны бомб.
Троцкий свидетельствовал: «Авиаторы стали совершать ежедневные боевые налеты на Казань. В городе воцарилась лихорадка тревоги. Позже, после взятия Казани, мне доставили, в числе других документов, дневник буржуазной барышни, пережившей осаду Казани. Страницы, посвященные описанию паники, которую наводили наши летчики, перемежались со страницами, посвященными флирту. Жизнь не приостанавливалась. Чешские офицеры соревновались с русскими. Романы, начинавшиеся в казанских гостиных, находили свое развитие, а иногда и развязку — в подвалах, куда приходилось укрываться от бомб».
<p><strong>Мелкие кражи золота при перевозке</strong></p>Когда самарские служащие местного отделения Народного (государственного) банка принялись за разгрузку парохода «Латник», пришедшего со второй партией золота, случился скандал. Суть его отражена в актах. Вот текст первого из документов.
