Царское золото полностью

Г.г. Гариэль, Браницкий и Большеменников выехали в тот же день в 6 ч. и прибыли в Казань в 15 ч.».

Ситуация с этим вызовом Берсея настолько обескураживала золотоискателей, что Гариэль шлет свою телеграмму. Видимо, ожидая разъяснений. В архивах сохранился текст перевода этой телеграммы, из которого непонятен адрес получателя. Всего скорей, сообщение направлялось в Париж.

«19 октября 16.39

ГАРИЭЛЬ ГОСБАНК АДМИРАЛТЕЙСКАЯ КАЗАНЬ

Шестнадцатого телеграфировали: Бюрсей отправляться одному Варшаву».

Ответ Браницкому пришел из Варшавы:

«19 октября 21.56

Госбанк Браницкому Казань

=BOLSZE DANNYCH NIET POLA GAJUNADO SROCZNO WOZWRASZA TSIA = ТОМ1СК1».

Сообщение убивало своей категоричностью. Да и выбор адресата для ответа намекал на некий внутренний разлад между французами и поляками. С советской стороны несогласованность среди иностранцев выглядела странно. Представители Госбанка хотя и были недовольны пустыми тратами, но пока еще не говорили об этом гостям.

Однако в Варшаве уже решили закончить поиски. Что же не устраивало таинственного владельца плана, выступавшего только через посредничество адвокатов? Или, может быть, обладателя информации, наоборот, устроили сведения, полученные от адвоката Томицкого лично и дополнительно присланные по телеграфу из Казани?

В Париже это не могли понять. Берсей тоже не допускал мысли о двойной игре поляков и вез с собой подробные карты, чтобы убедить Варшаву, что члены экспедиции действуют строго по имеющейся информации. И, следовательно, вот-вот должны обнаружить искомое место, если поляки ничего не напутали.

Оставшиеся в Казани кладоискатели затихли, дожидаясь от поездки Берсея согласования позиций Парижа и Варшавы. Поскольку финансировавший поездку банк «Р. де Люберзак и К°» не требовал возвращения. И вряд ли

во Франции были бы в восторге от осознания, что франки были пущены на автомобильную экскурсию по медвежьим углам Татарстана…

22 октября в Казань из Москвы выехал Г. Ерман, сопровождавший Берсея в поездке. В тот же день из правления Госбанка СССР Прасолову была отправлена секретная телеграмма:

«№ 64/2

Управляющему Казанской Областной К-рой Госбанка

На Ваше секретное письмо от 19.Xнами дан устный ответ тов. ЕРМАНУ выезжающему в Казань сегодня.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ БАНК

Иностранный Отдел».

Видимо, устный ответ касался вопроса Прасолова «о необходимости держать без дела в Казани бурильных мастеров», содержание которых оплачивал Госбанк.

Через день наконец-то выехал из Варшавы в Москву руководитель кладоискательской экспедиции с французской стороны Морис Вильям Виктор Берсей. В Казани сохранился перевод его телеграммы:

«24 октября 11.15 Получена 25 окт. 29

Уезжаю завтра пятницу главное имею визу Москве задержка

Берсей».

Подробности поездки французского руководителя в Варшаву освещены в очередном двустороннем документе экспедиции.

«Протокол № 15

Настоящий протокол составлен 25 октября 1929 г. в г. Казани, представителями Р. де Люберзак и К-о: гг. Р. Гариэль и В. Браницким и представителями Госбанка СССР: гг.

Н.М. Прасоловым, Б.П. Большеменниковым и Г.И. Ерман.

Вернувшись из Москвы, Г. И. Ерман сообщил, что там г. Берсей получил визу на выезд в Варшаву и обратную на въезд из Варшавы в Москву; также он получил разрешение на вывоз из СССР географических карт г. Казани и его района.

21 октября г. Берсей выехал в Варшаву, откуда он предполагает вернуться в Казань до 28 октября и о чем он протелеграфирует при выезде из Варшавы».

На следующий день управляющий Казанским филиалом госбанка Прасолов получает телеграммой предупреждение от своего начальника:

«26 ОКТЯБРЯ 20.12