Здание стояло пустым. Свет здесь работал, но двери были открыты — электронные замки отключились. Электричество, по-видимому, восстановилось во всех системах. В вестибюле мама остановилась перед фотографиями отца и доктора Ваксмана, висевшими в рамках на стене. Мэдди почувствовала, что ее надо оставить одну, и направилась в старый кабинет отца.
Здесь почти все было как прежде. То ли из чувства вины, то ли ради сохранения части истории руководство компании не поселило сюда нового обитателя. Кабинет превратили в нечто вроде склада, забитого допотопными компьютерами и ящиками со старыми документами.
Мэдди подошла к столу и включила старый компьютер отца. На экране сменилось несколько картинок, оповещающих о последовательности загрузки, и, наконец, выскочило приглашение ввести пароль.
Сделав глубокий вдох, она напечатала в пустом поле «ТыМоеСолнышко». Она надеялась, что именно это отец имел в виду, отправляя ей последние загадочные намеки на их общем языке иконок.
Запрос пароля обновился, не пропустив ее.
Ладно, подумала она. Это было бы слишком просто. В большинстве корпоративных систем используются сложные пароли, включающие в себя цифры, знаки препинания и другие символы.
Она попробовала:
<Мэдди> «ТыМ0еС0лнышк0»
и
<Мэдди> «Ты_Мое_Солнышко»
Ничего.
Отец знал, что ей нравятся шифры, так что его намек, скорее всего, следовало интерпретировать в этом ключе.
Мэдди закрыла глаза и представила себе таблицу Юникода и ровный ряд символов эмодзи — словно кольца и брошки, аккуратно рассортированные в шкатулке. Она выучила коды, еще когда их нельзя было ввести непосредственно с клавиатуры и приходилось использовать управляющие последовательности, чтобы дать задание компьютеру их найти. Мэдди надеялась, что она наконец на правильном пути.
<Мэдди> \ xFO \ x9F \ х94 \ х86
Экран помигал, и на нем возникла картинка рабочего стола. Окошко терминала было активно. Серверы «Логоритмс», наверное, включились автоматически, когда дали свет.
Она сделала еще один глубокий вдох и напечатала в терминале:
<Мэдди> program157
Она надеялась, что правильно поняла значение эмодзи-часов в сообщении отца.
Терминал принял команду без возражений, и через некоторое время на экран выскочило окошко чата.
<Мэдди> Папа, это ты?
<Дэвид>?
<Дэвид>
<Дэвид>
Она поняла. Это была старая копия его сознания, сделанная до того, как он сбежал. Хотя они с мамой потребовали у доктора Ваксмана после этого уничтожить все копии, «Логоритмс» не исполнил требования полностью, и папа об этом знал.
Дрожащими руками она достала из кармана жесткий диск, который захватила с собой из бабушкиного дома, вставила его в корпус и подключила к компьютеру.
Затем набрала в строке ввода сообщение отцу, давая ему знать о том, что она сделала.
<Дэвид>
Дисковод заработал. С бешено колотящимся сердцем она ждала ответа.
<Дэвид> Спасибо, дорогая.
Мэдди радостно вскрикнула. В этом и состояла ее надежда: отец сохранил на этом диске достаточную часть нового себя, чтобы в сочетании со своей старой копией можно было воскресить подобие его сознания.
Ее пальцы летали по клавиатуре, когда она пыталась увеличить скорость реакции его сознания. Но он ее быстро опередил. Сетевые соединения в «Логоритмс», с их спутниковой связью и множеством резервных копий, работали надежно. Он уже сумел выйти в эфир и получить представление о ситуации.
<Дэвид> Как много друзей погибло. Стерты. Как много их ушло из жизни.
<Мэдди> Но мы, по крайней мере, теперь в безопасности. Противник должен был пострадать еще сильнее. За последнее время они не могли причинить много вреда.
<Неизвестный пользователь> Спасибо, девочка.
Последняя строка была написана кроваво-красным шрифтом, и Мэдди поняла, что говорит кто-то другой. Ее сердце сжалось.
<Дэвид> Он выжидал, Мэдди. Ты не виновата.
Она догадалась обо всем мгновенно. Повреждения, которые Чанда внес в сознание отца во время их последнего боя, сохранились на жестком диске в доме бабушки, и она принесла их сюда. Они заразили старую копию отца и привели разжигателя войны Чанду прямо к нему.
