Шарлотта все поняла. Она вновь услышала вой бабуинов. Представила себе жестокое нападение на лагерь, опустошительные потоки странствующих муравьев.
Джеймсон ущипнул себя за переносицу.
– Но в этом нет никакого смысла… Эти дегенеративные заболевания проявляются очень медленно. Их развитие занимает месяцы, если не годы.
– Верно, – признал Фрэнк. – Развитие болезни занимает так много времени, потому что сами по себе прионы размножаются не очень быстро. Но в данном случае им это и не требуется. Если я прав, всю тяжелую работу за них выполняет вирус, который по сравнению с прионами размножается в куда более высоком темпе. Он сам выращивает эти белковые шипы, с невероятной быстротой засевая ими организм. Мы говорим о прионной болезни с мощным ускорителем.
Несколько долгих секунд никто не произносил ни слова.
– Есть ли какой-нибудь метод лечение подобных заболеваний? – наконец спросил Нолан.
Фрэнк ответил мрачной правдой:
– В настоящее время такие болезни неизлечимы. Мы говорим о цепочках белков, а не о живом организме, который можно убить с помощью противомикробного препарата. Вы, конечно, можете лечить симптомы, замедлять ход болезни, но все они в конечном итоге приводят к летальному исходу.
Шарлотта отказывалась принять это.
– Тем не менее, если вы правы, то мы говорим о
– Остается лишь надеяться на это. Но даже если мы в этом преуспеем, это все равно не поможет тем, кто уже заражен. Прионы уже сделали свое дело.
Шарлотта поняла, что он прав, с уколом вины посмотрев на Дисанку.
«Я пообещала ей, что обязательно помогу ее ребенку».
– И не забывайте, – добавил Фрэнк, – мы говорим о вирусе, который теоретически может заразить
Несмотря на все свои усилия, Шарлотта почувствовала, что поддается отчаянию.
– Похоже, этот вирус настраивает против нас весь остальной мир живой природы… Стремится превратить его в нашего безжалостного врага, в то же самое время загоняя нас в ступор и лишая возможности сопротивляться.
– И это может оказаться лишь самой верхушкой айсберга, – пробормотал Фрэнк.
Нолан резко повернулся к нему.
– Как это так?
Фрэнк покачал головой.
– Все эти гипотезы касаются только белковых шипов на поверхности вируса. Но мы даже не начали рассматривать генетический «двигатель» у него внутри. Эти две тысячи с чем-то генов. В то время как многие из них остаются неизвестными, теперь мы все-таки знаем, что значительная часть из них относится к чему-то гораздо более древнему, чем всё, что встречается в современной жизни.
– Но что еще могут делать эти гены? – спросил Джеймсон.
Фрэнк открыл было рот, будто собираясь дать объяснения, но тут же плотно сжал губы, явно что-то скрывая. Впрочем, Шарлотта не была уверена, что хочет это знать.
Коренастый помощник Фрэнка подтолкнул вирусолога локтем.
– Учитывая то, что тут творится, Фрэнк… Если вы что-то знаете, то, может, вам лучше поделиться своими соображениями. По-моему, у нас больше нет времени на секреты.
Фрэнк внял этому пожеланию.
– Ну… я не уверен. Но там, в университетской лаборатории, из куколки вылупился муравей. То, что вылезло наружу, несло в себе странные изменения. Крылья, зазубренное жало… Я подумал, что эти изменения могли оказаться мутацией, вызванной вирусом. Но, как уже сказал, я не уверен. Я недостаточно много знаю о представителях вида
После этого откровения Нолан отвел Нгоя в сторону и о чем-то заговорил с ним настойчивым шепотом.
Плечи Фрэнка поникли.
– Я надеялся, что Бенджи сможет мне в этом помочь, – рассеянно пробормотал он, словно не замечая никого вокруг. – Тогда я знал бы точно.
Услышав знакомое имя, потрясенная Шарлотта подошла ближе и понизила голос:
– Бенджи? Вы хотите сказать, Бенджамин Фрей?
Фрэнк кивнул.
Шарлотта сморгнула, радость так и забурлила в ней. Она представила себе деревню, сметенную с лица земли вертолетными ракетами.
– Он выжил… Как?
Фрэнк попытался объяснить.
– Мы спасли его с плота в разлившейся реке, вместе с…
Но тут он осекся – коренастый ассистент тронул его за локоть. Фрэнк не стал развивать эту тему. Похоже, кое-что все-таки по-прежнему стоило хранить в секрете.
Шарлотта посмотрела на бритоголового помощника, стоящего рядом с Фрэнком, – и вдруг обрела уверенность в том, что здесь происходит нечто большее, чем можно было предположить на первый взгляд.
К счастью, этот короткий обмен репликами и взглядами остался незамеченным их похитителями. Нолан все еще склонял голову к Нгою, обсуждая какой-то вопрос – который, похоже, вызывал у главного врача сильное раздражение.
– Просто покажите им! – наконец рявкнул Нолан, опять выпрямляясь.
– Показать нам что? – спросил Фрэнк.
Вместе с Нгоем Нолан направился к выходу из отделения, явно ожидая, что все последуют за ним.
– Будет лучше, если вы увидите все это собственными глазами.
