— Кто-то определенно написал это для нее, — шепчет Арло со смешком, и я качаю головой. Мы не можем недооценивать ум этой женщины. Она может казаться глупой, но в ней есть глубина, которую, я думаю, мы еще не видели.
— Пожалуйста, насладитесь демонстрацией вальса от наших потрясающих студентов, проведите чудесный вечер, и мы с нетерпением ждем новых встреч с вами в будущем.
Аплодисменты становятся громче, и некоторые даже встают, а я определенно готова к тому, что прямо сейчас танцпол разверзнется и поглотит меня целиком, чтобы мне не пришлось исполнять этот танец. Прежде чем я успеваю даже подумать о побеге, я чувствую руку на своем плече.
Я знаю, кто это, еще до того, как оборачиваюсь и вижу, тлеющий огонь, приветствующий меня, что не удивляет.
— Броуди, нам действительно нужно это делать? — Жалуюсь я, но он уже тянется к моей руке и поднимает меня на ноги.
— Ты же знаешь, что нужно.
Я закатываю глаза, но сдерживаю свой драматизм, когда он ведет меня к танцполу, чтобы присоединиться к другим студентам. Он не отпускает мою руку, его хватка крепкая, но расслабленная, и от этого у меня по венам пробегает огонь. Я практически чувствую каждый изгиб его пальцев, клеймящих меня с каждой проходящей секундой, и по какой-то причине я не отстраняюсь.
Он не останавливается, пока мы не оказываемся в самом центре деревянного танцпола. Его рука ложится на мою спину, а другая перемещает мою руку в его, ставя нас в идеальное положение.
— Последуешь за мной?
— Это единственный способ пережить все это, — выдыхаю я, когда вокруг нас начинает звучать музыка.
— Раз… два… три, — шепчет он мне на ухо, прежде чем начать.
Все, что я могу сделать, это держаться и надеяться на лучшее. Он двигается с легкостью, изяществом, которое я не могу осознать, пока мы скользим по полу вместе со всеми остальными. Я мельком вижу, как Флора смеется вместе с Криллом, когда она делает неверный шаг. Я вижу, что Кассиан остается невозмутимым и вибрирует от раздражения, неуклюже ведя за собой свою партнершу.
Я прекращаю пялиться на них, снова обращая все свое внимание на Броуди. Когда я вижу их с другими девушками, даже с моей подругой, у меня что-то происходит в груди, и мне это не нравится.
— О чем ты думаешь, Кинжал?
Я выдыхаю, спотыкаясь о собственные ноги, но он без усилий заставляет нас двигаться.
— Ни о чем.
— Этот взгляд твоих глаз говорит мне совсем о другом, — размышляет он, внезапно разворачивая меня и притягивая обратно, прежде чем я успеваю понять, что произошло.
— Это не часть танца, — ворчу я, заставляя его усмехнуться.
— Может, и нет, но ты выглядишь сексуально, когда я это делаю.
Я снова закатываю глаза, но его беззаботное тепло — это именно то, что мне нужно.
— Мистер Оренда. Ваш отец желает поговорить с вами.
Броуди останавливается, его внимание переключается на мужчину, внезапно оказавшегося рядом с нами. — Мой отец может идти к черту, — с усмешкой парирует он, в то время как я застываю на месте.
— Он предположил, что таким может быть ваш ответ. Он также посоветовал мне передать сообщение, которое можно передать лично или при всех свидетелях. Что бы вы предпочли? — Мужчина, кажется, смущен словами, которые ему приходится повторять, в то время как Броуди вздыхает, убирая руки с моего тела.
— Я ненадолго, — бормочет он, и я киваю, горя желанием убраться к черту с танцпола, но в ту секунду, когда он поворачивается, чтобы уйти с парнем, другая рука ложится на мою руку.
Оборачиваясь, я вздрагиваю, когда нахожу Крилла. Меня охватывает паника, и я немедленно ищу Флору. Должно быть, он чувствует мое беспокойство, потому что отмахивается от меня, прежде чем указать туда, где она стоит с Арло.
— Потанцуй со мной.
Всего три слова.
Простые. Короткие. Мягкие.
И все же они пронизаны теплом, обещанием и желанием.
Черт.
Прежде чем я успеваю передумать, моя рука скользит в его, и он притягивает меня ближе. Мне приходится немного запрокинуть голову назад, чтобы смотреть на него, пока он раскачивает нас из стороны в сторону. Песня на заднем плане меняется, и вальс, которому все пытаются следовать, переходит в более спокойную мелодию.
— Сегодня вечером ты собрала целую аудиторию, — заявляет он, оглядывая меня. Он медленно кружит нас, давая мне возможность заметить, что все смотрят в мою сторону, и я хмыкаю в знак согласия.
— Похоже на то.
— Я не знаю, то ли дело в том, как прекрасно ты выглядишь в этом платье, то ли в аметисте, который ты так беззаботно демонстрируешь, — размышляет он, и его комплимент грозит заставить мои щеки покраснеть. Я качаю головой.
— А я то думала, что это как-то связано с тем фактом, что я отродье сатаны.
Он ухмыляется, смешок слетает с его губ, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Может и так. А может и потому, что ты носишь армейские ботинки с таким милым платьем, — добавляет он, и я ухмыляюсь.
— Черт. А я думала, это из-за очертания кинжалов под всем этим тюлем, — размышляю я, наблюдая, как его взгляд скользит к моим бедрам, и его глаза темнеют, когда он медленно поднимает их, чтобы встретиться с моими, пристально глядя на меня.
