— Это чушь собачья, — ворчит Рейден, отступая от меня на шаг, чтобы бросить презрительный взгляд на профессора. — И кто, черт возьми, был первым? — Профессор Тора указывает нам за спину, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Броуди, Флору, Арло, Фалона и Гранта. — Как? — Рейден недоверчиво скрежещет зубами, уперев руки в бока, в то время как его переполняет гнев.
— Ничего страшного, Рейден. Может, в следующий раз ты будешь в моей команде, и все получится, — говорит Броуди с ухмылкой, заставляя Флору захихикать.
Я чувствую облегчение, видя, что она и Арло в порядке, а взгляд Броуди говорит мне, что он полностью приписывает себе заслугу за это.
— Что теперь делать? — спрашивает Крилл, и я смотрю на профессора Тора, ожидая ответа.
— Вы вернулись. Оставшуюся часть дня можете делать что хотите.
Мои брови поднимаются в удивлении. — Почему это было так легко? — выпаливаю я, получая любопытный взгляд от Торы. — Я имею в виду, я не так много сделала, но я чувствую себя… я не знаю, — говорю я, чувствуя, как мои щеки заливаются краской от смущения.
Тора ухмыляется. — Несмотря на ваши разногласия, ваша команда работала вместе. Вы использовали силу кого-то из своей группы. В данном случае это был Рейден, с его вампирской скоростью и знанием местности, в которую я вас забросил. Броуди же привел свою команду, просто подключившись к оставшимся нитям магии, которые витали в воздухе в лесу, и использовал их, чтобы обратить заклинание и перенести всех пятерых обратно.
Срань господня. Это звучит безумно. Я даже не знаю, как он до этого додумался, но я не маг, так что понятия не имею, как бы все это сработало в любом случае.
Я понимающе киваю, когда Броуди прочищает горло. — Так мы можем идти?
— О, только не твоя команда. Победители должны остаться здесь, чтобы поприветствовать всех, кто вернется.
— Что? Как это вообще можно считать бонусом за победу? Это похоже на наказание, — ворчит он в ответ, и Крилл посмеивается над своим другом.
Помахав рукой, я заслужила недовольный взгляд Броуди, прежде чем развернуться на пятках и убраться оттуда к чертовой матери. Отчаянно пытаясь избежать новой конфронтации с Рейденом, которая, я знаю, рано или поздно произойдет, я ускоряю шаг, но не перехожу на бег. Я не решаюсь оглянуться через плечо, когда спешу по дорожке, практически спотыкаясь, прохожу через входную дверь и закрываю ее за собой.
Я поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и резко останавливаюсь, когда добираюсь до верха и обнаруживаю Рейдена, стоящего у двери моей спальни. — Я же сказал тебе, Адрианна, я не сталкер. Это означало бы, что я следую за тобой. Это бессмысленно, когда я точно знаю, куда ты направляешься, и могу добраться туда раньше тебя.
— Это определенно звучит так, как сказал бы сталкер, — парирую я, напрягая мышцы, когда приближаюсь к нему, не в силах предугадать его следующий шаг.
Он закатывает глаза, и когда я встаю рядом с ним, я, не теряя времени, открываю дверь своей спальни и переступаю порог.
— Я еще не закончил с тобой разговаривать, — заявляет он, приподнимая бровь.
— Ну, а
Я как в замедленной съемке наблюдаю, как он протягивает руку, преодолевая магический барьер, который защищает мою комнату, чтобы не дать двери закрыться. — Что за черт? Как ты это делаешь? — Паника пробегает по моему позвоночнику, когда я смотрю на него, разинув рот.
Он делает шаг вперед, без усилий заходя в мою комнату, и я инстинктивно делаю шаг назад.
— Как, блядь, ты сюда зашел? Заклинание Броуди…
Он обходит меня, как будто это его пространство, а не мое, и останавливается у моего стола, где розы занимают большую часть места.
— Красивые розы. Сколько у тебя их сейчас? Двенадцать?
Лукавая усмешка, приподнимающая уголок его рта, заставляет меня уставиться на него, пока я соединяю точки воедино. — Они от тебя, — выдыхаю я, и он кивает, а в его глазах плещется триумф.
— Не за что.
— Убирайся к чертовой матери из моей комнаты, Рейден. — Я указываю дрожащей рукой на дверь, но он качает головой.
— Не думаю, что я это сделаю, — размышляет он, доставая одну из роз из вазы и вертя ее в руке. Я прошу магию защиты в комнате, вышвырнуть его, но ничего не происходит. — Держу пари, когда Броуди создавал это заклинание защиты для твоей комнаты, он не упомянул о лазейке. — Я сглатываю. Он прав, и он это знает.
— О какой лазейке? — Хрипло спрашиваю я, не уверенная, является ли блеск в его глазах оттенком тьмы или желания.
— О магии крови, например, — заявляет он, как будто это все объясняет.
— Я не знаю, что это значит.
Он сокращает расстояние между нами, протягивая мне розу, и, несмотря на мое желание, чтобы он убирался ко всем чертям, я тянусь за ней.
