Царство страха полностью

Итак, Кертис вышел, а вы расслабленно почитываете га­зету; этот парень - ваш старый приятель-журналист, у которого, как все знают, есть такой небольшой безобидный бзик по поводу корейцев. Он заходит в «7-11», а там за прилавком - кореец. Кертису всего-то и надо, что пива, но вот оказывается, что самое тут крепкое - 3,2%, не пиво даже, а непонятно что; так что Кертис смотрит дальше. Он думает, ну может хоть что-то с алкоголем тут есть, а, может у них джин имеется? Так что он спрашивает корейца: «У вас есть джин ка­кой-нибудь?! «Спорт»? «Бубба»?» Тот отвечает: «Джин? Че, полицию вызвать? Ты о чем вообще? Конечно, нет джина никакого. Проваливай».

А так получилось, что буквально за две недели до этого Кертис наконец-то получил разрешение от местного шерифа, и в кармане у него лежит 10-миллиметровый «Глок», очень неслабая машинка. Покруче, чем 9-миллиметровый: выглядит также, а пули больше. Кертис чувствовал себя очень неплохо с пушкой. Возможно, как-то раз он даже на­правил пистолет на одного араба, который подозрительно долго пялился на его машину в подземном гараже; того как ветром сдуло, а Кертис исполнился уверенности в себе. И вот этот кореец за прилавком ни с того ни с сего обложил Кертиса с головы до пят, и его мысли самопроизвольно пере­кинулись на сестру...

Как-то раз вы поделились с Кертисом одним случаем из вашего детства, историей, когда вы спросили папу: «А в чем разница между корейцами, японцами и китайцами?» Тогда шла Корейская война, и вы никак не могли разобраться, с кем и из-за чего корейцы там сражаются. И ваш отец сказал тогда: «Сынок, я так тебе скажу: японцы - чистые снаружи и грязные изнутри; китайцы - грязные снаружи, но чистые изнутри. А что касается корейцев, то я бы охотно не говорил этого, но корейцы грязны со всех сторон». Вы обсуждали это с Кертисом - история привела его в восторг - так что вполне способны вообразить, что может произойти после того, как Кертис зайдет внутрь и поцапается с визгливым, наглым, возможно, что и обхреначенным спидом корейцем... А тот еще вдобавок отказывается принять его кредитную карточку; говорит, что не срабатывает. Ты же знаешь, это еще не повод материться; звонок еще не прозвенел. Пива он, во всяком случае, точно не получит.

Вы знаете характер Кертиса, эту взрывную спираль его гневного темперамента, по которой он уже дошел до седьмого этажа, пока вы водили с ним разговоры, пребывая не выше второго, совершенно упустив из виду, что он-то уже на седьмом. Тем временем Кертис уже позабыл о деньгах, которые вы ему дали. «Сссука!» - стучит у него в голове, и он уже больше ничего не соображает. Этот парень неосторожно вытолкнул Кертиса на какую-то незнакомую территорию, где тот уже не в состоянии ориентироваться и контролировать хоть что-то. Ярость взвивается в нем огненным протуберанцем. Предположим, кореец так и не врубился в происходящее и брякнул что-то вроде «Ну чего застыл, Толстяк?» (Однажды со мной такую штуку проделал один коп в Мобайле: «Отвали и сядь, Старик». А мне-то и было всего сорок лет.) В голове Кертиса - уже только лягушачьи зенки корейца, того самого, что бил его сестру, бил ее непрерывно, пору­шил ей всю ее прекрасную жизнь, а Кертис отчаянно ее лю­бил, и тут он битые сутки просидел в душном ящике, всю субботу на этом долбанном солнце... И ХУЯК! Он уже не по­мнит себя - с каждым из нас это случается время от времени, чего там - теперь у руля оказывается мускульная память, он тренировался достаточно, так что достает «Глок» из кармана и направляет на этого корейца, и в этот момент чувствует какое-то угрожающее копошение за своей спиной. Кто-то еще - огромный громила, брат корейца, его кузен - заходит в магазин, и кореец орет: «Давай сюда, поможешь скрутить этого ублюдка!»

Кертис вдруг соображает, что на него того гляди набросятся еще два или три человека, а может, и всего один, одно несомненно - начинается какая-то невнятная колготня, а его инстинкт самосохранения говорит совершенно ясно - он окружен этими зажравшимися ублюдками. Так что Кертис па­лит в парня напротив, с целью преподать нападающим урок, а те, что сзади, можете не сомневаться, немедленно исчезают. Кореец протягивает к нему руку, и тогда Кертис стреляет еще два раза. Не лучшее решение, правда? Так как пиво, за которое Кертис собирался расплатиться кредиткой, стоит прямо перед ним, предположим, что Кертис хватает пиво и забывает кредитку в кассе - не удивляйтесь, такие вещи вполне возможны в кругах профессиональных журналистов.