Ходили слухи, что кинжал также снимает проклятия, но Люсия знала о нем секрет, которого не знал никто, кроме ее матери. Секрет, который либо активирует клинок, либо уничтожит его навсегда, если сделать это неправильно.
Я почти не сомневалась, что моя подруга отдаст кинжал, если я попрошу об этом, но для того, чтобы я могла использовать его должным образом, Клаудии нужно было вернуть ее память. Я не была уверен, существует ли предел тому, сколько раз можно очистить память. Если она сейчас вернет воспоминание о той ночи, то, возможно, никогда больше от него не избавится. В нашем царстве для нее это было почти два десятилетия забвения, движений дальше. И я не видела другого пути, которым можно было бы воспользоваться, чтобы не причинять ей боль. Это была ужасная цена, которую можно было просить у кого-то другого, и я бы сделала все, чтобы оплатить ее сам.
— Богиня всевышняя. Там должно быть…
— Да будут благословенны нечестивые.
Мои губы изогнулись. Дьявол действительно был в деталях, как любили говорить люди.
Гнев, король даже самых мельчайших деталей, был бы доволен, что его репутация опередила его. Был еще один человек, который знал секрет клинка. Тот, страдания которого я была бы не прочь устроить, чтобы получить информацию.
Во всяком случае, мне не терпелось отомстить за моего мужа и мою подругу.
Я осторожно положила камень памяти в корсет и направилась в подземелье. Пришло время оттаять Сурси и посмотреть, что интересного она может сказать о Клинке Разрушения.
Кровью и болью, или по собственной воле, она сказала бы мне то, что я хотела знать.
Горящие полевые цветы парили над застывшей статуей, которой была Сурси, тепло моей магии согревало холодную комнату. Я сидела на табурете, который принес охранник, и бесстрастно наблюдала, как лед тает и капает на каменный пол.
Размораживание ее было утомительным процессом, который занял больше времени, чем я ожидала, но это должно было быть сделано корректно, иначе она могла ожить — неправильно, по словам моего мужа.
Обычно меня бы не волновали любые негативные последствия, от которых она пострадает, но мне нужно было, чтобы она рассказала мне, как активировать клинок, и я бы не стала рисковать упустить эту возможность из-за мелкой мести. Моя сестра закатила бы глаза, если бы увидела меня сейчас, но я надеялась, что именно так наш Дом Греха будет решать подобные вопросы после восстановления.
Гнев вошел в маленькую подземную камеру и сжал губы при виде Сурси. Его ненависть к ведьме была ощутима. Если бы она не была бессмертной и если бы он не хотел вернуть свои крылья, он бы давно убил ее. Температура упала на несколько градусов, что не пошло бы на пользу процессу оттаивания.
— Как только она достаточно оттает, чтобы говорить, есть ли определенное количество времени, к которому я должна стремиться, чтобы завершить допрос? — спросила я, успешно отвлекая внимание Гнева от темного места, куда он спускался. Температура вернулась к нормальному холоду, который пронизывал воздух так глубоко под землей.
— Потрать столько времени, сколько нужно. Как только ты закончишь допрашивать ее, пошли за мной. Ее нельзя оставлять одну, пока она снова не замерзнет.
Я быстро улыбнулась своему мужу. Когда я сказала, что мне нужно, он, не колеблясь, осуществил это. Даже когда я просила его не присутствовать и не задавать вопросов. Теперь, когда я также могла ощущать эмоции, я с уверенностью знала, что он не испытал ни минуты сомнения или нерешительности.
— Спасибо, что доверяешь мне.
— Постарайся не калечить ее слишком сильно. — Он поцеловал меня в лоб и направился к двери.
Анир резко остановился за пределами подземелья и кивнул мне, прежде чем последовать за Гневом из комнаты, их головы склонились в приглушенном разговоре.
Другие Дома Греха все еще были в состоянии повышенной готовности после неудачной попытки напасть на Дом Жадности. Из-за постоянной поступающей корреспонденции, прерываний эмиссаров и дебатов в военной комнате я еще не спрашивала Гнева о том, сколько времени осталось, чтобы снять проклятие. Не то чтобы я провела с ним больше двух минут с момента моего возвращения из Колодца памяти. Я примчалась сюда сразу же после моей просьбы.
На случай, если что-то пойдет не так с моим допросом Сурси, я не хотела обнадеживать его и рассказывать ему о том, что я узнала. Но нам нужно будет поговорить. Скоро.
То есть, если упрямая ведьма оттает в этом столетии. Мои пальцы забарабанили по предплечьям. Вода медленно стекала с толстой прослойки льда, окружающей Сурси. Кап. Кап. Кап.
