Вручить иному майору из дальнего гарнизона лично в руки подарок, да про жену вспомнить – и твой навеки. Команду преданную нужно создавать загодя и по возможности не из гвардейцев. Анна Иоанновна не зря два дополнительных полка организовала. Только ничем они не отличаются от Преображенского и Семеновского. Быстро нравы переняли. Гораздо важнее ключевые фигуры контролировать. Говорить про такое не к сроку: каждому овощу свой сезон.
– Ага, – сказала Лиза, с заметным облегчением. – Когда еще будет. Но занятно. Только ведь всегда можно и спросить по ведомству.
– Так там только про службу расскажут, а нам обязательно положительные и отрицательные качества. Пьет, к примеру, сильно и положиться нельзя либо подлость делал. Данный казус записать важно особенно, а то через пару лет подробности забудутся.
– Ты умный и непростой хороший человек, – пробурчала она задумчиво, без стеснения изучая мои записи. Приятного там про святого отца мало. Феофана очень многие откровенно ненавидят. Но и он спуску врагам не дает, не гнушаясь наветами.
– Нет на свете просто хороших или плохих, – говорю убежденно. – Все кругом в полосочку. Иной на пули грудью пойдет, а в обычной жизни жену лупит смертным боем. Другой деток обожает, а работа у него палаческая. И выполняет ее не по злобе, а за жалованье. Потому и приходится собирать информацию о людях.
– Как о нем? – спрашивает, махнув моей писаниной с упоминанием доносов.
– А он тоже не полностью черный. В пятнышках.
– Гадкий утенок. Вырастет – лебедем станет.
Ну куда деваться бедному, если настойчиво просят чего занимательного изложить, а главное, чтобы никому не известное. И ведь не помню абсолютно, зато мультфильм смотрел. Еще старый, советский.
Ничуть не хуже вышло. Сказка ложь, да в ней намек сознательный. Вырасти и стать другой птицей, на которую станут смотреть снизу вверх. Думаю, Андерсен не узнал бы своего произведения в моем исполнении. Шекспира с Толстым из меня не выйдет, мораль на поверхности, но я и не претендую.
– Да, боится за насиженное возле трона место и готов на все ради сохранения его. Так это же прекрасно! Для сидящего на престоле! Одобрить любое злодеяние, отпустить сильнейшему любой смертный грех. Беспринципность, готовность совершить бесстыдство ради сохранения поста – разве есть нечто более выгодное для царицы?
Уж яснее сказать нельзя. Иные слова и в пустой комнате опасны. Не для нее – Елизаветы-Екатерины-Христины стараться станет. Для ее тетки.
– Зато сегодня он может быть опасен, – правильно поняла она.
– Вот и учитесь у него прилежно. Не задавайте лишних вопросов и принимайте с благодарностью все сказанное. В конце концов выяснить о православии все нужно вам самой. А Феофан действительно ума палата и много знает.
– Государыня его не любит, – сказала она после долгого молчания. Нет, не заторможенность. Она всегда тщательно обдумывает чужие слова и раскладывает по полочкам. Все же папа немец, дает себя знать любовь к порядку. – Варлааму больше верит. У тебя и про него есть?
– Архимандрит Варлаам, – довольный возможностью блеснуть, принялся излагать не так давно сделанную запись, – в миру Василий Антипеев. Одно время занимал должность священника церкви Рождества Богородицы в Кремле. Это особая придворная, «женская» церковь в допетровские времена. Для цариц и царевен. В семисотом году отец Василий постригся в монахи Борисоглебского монастыря под Переславлем-Залесским под именем Варлаама и впоследствии стал его настоятелем. Екатерина Первая перевела архимандритом Троице-Сергиева монастыря. С восшествием на престол Анны Иоанновны Варлаам стал вновь ее духовником, присутствовал при ее коронации в Кремле.
– Замена грядет?
Недурно. Умеет делать выводы.
– Может быть. Феофан ориентируется на протестанский тип отношения государства и Церкви, Варлаам считается сторонником старомосковского благочестия. Самое правильное – держать на высоких должностях обоих. Чтобы следили друг за другом и докладывали.
– Ты хитрый.
– Я пытаюсь найти оптимальный путь. Противовесы, удерживающие равновесие, чтобы воры не давали друг другу спуску, а искали арбитража у высокого начальства.
– Доверять нельзя никому? – подумав, потребовала Лиза.
– Сегодня для вас все люди у власти сомнительны. Он ищут милостей Анны Иоанновны.
Тут уж продолжать не стоит.
– И прислуга может наушничать. Не сами – так спросят.
– И что делать?
– А ничего. Быстро только сказка сказывается. Впереди еще несколько лет.
Тут я сам затрудняюсь уточнить, до какого конкретно момента. Смерти Анны Иоанновны, совершеннолетия, замужества, объявления официальной наследницей. Вариантов море. В любом случае не завтра.
– Жить спокойно, учиться и пытаться разбираться в людях. Привлекать их к себе. Создавать собственную команду. Эта игра интереснее любого романа.
