Загремев в армию, он понял простую истину: если снова окажется на гражданке, то без контроля и строгой дисциплины непременно сопьется. Потому и решил остаться при погонах. Костя сам потом не раз признавался, что это был самый мудрый поступок в его жизни.
Он был холост, обитал в общежитии. Умный парень увлекался хорошей музыкой. Друзей у него по жизни имелось мало, а вот с Павлом они почему-то сошлись.
Однажды Новиков стал свидетелем занятного случая. Они с Дубовым дружили, частенько сиживали за столом втроем с водкой. В тот день Павел пришел на перевязку в медсанчасть. В крайней командировке его чуток зацепило осколком мины повыше щиколотки.
Посещение сих заведений никогда не добавляло ему оптимизма и любви к отечественной медицине. Конвейер черствости и жестокосердия. Но деваться было некуда – рваная рана долго не заживала.
Костя дежурил в приемном отделении с медсестрой. У двери скопилась очередь из местных пациентов – жены и дети офицеров, пенсионеры и прочие гражданские лица.
Дубов был опытным психологом, людей видел насквозь, не хуже рентгена. При этом почти всегда оставался молчаливым, флегматичным и полусонным.
Бывают такие персонажи, похожие на лемуров-лори. Павлу они были симпатичны. Мозг после общения с ними оставался не изнасилованным. Это качество в наш шумный и болтливый век крайне ценно.
Злая судьба в тот день привела в уютное логово доктора Дубова местного наркомана с попиленными венами. Из-за обильного кровотечения Косте, естественно, пришлось принимать его без очереди.
Пациент был зол на жизнь и явно неадекватен. Люди ведь по-разному выделываются. Одним за это деньги платят и в телевизор зовут, а другим только завидовать остается.
Данный наркозависимый тип кидал понты очень грязно и умело, обливал всех словесным поносом. Во время обработки, штопки и перевязки он постоянно рассказывал Дубову, что о нем думает, и был при этом предельно красноречив. За такие эпитеты в арабском мире ему давно бы что-нибудь отрубили, например язык вместе с головой. Но у нас широты северные и люди терпеливые. Особенно при исполнении.
Костя, привычный ко всему, не реагировал, лишь шуршал бинтами да старался не подходить к пациенту спереди, чтобы тот не мог укусить его или плюнуть в лицо.
Но роковую свою ошибку наркоман совершил, когда мерзко обматерил медсестру. Костя как раз заканчивал перевязку. Он завязал узелок, оторвал ниточку, выпрямился.
Тут-то безобидный лори и превратился в самца гориллы. Оба эти животные являются приматами. Но разница между ними, согласитесь, ой какая существенная.
Отточенных движений было ровно три.
Первым Дубов поднял тролля за шиворот над стулом.
Вторым вышиб из-под него ногой стул.
Третьим выдал смачный пендель по заднице. Причем настолько мощный и так хорошо отмеренный, что нарик вылетел из кабинета так же изящно, как дерьмо из-под вентилятора. Он успешно врезался в противоположную стену коридора, завис на миг с выражением крайнего удивления на лице и стек на пол. Но полным идиотом этот гнилой фрукт все-таки не был. Он слился из приемного отделения тихо и очень быстро.
Потом из кабинета как ни в чем не бывало выглянул лори в очках, тщательно вытер вымытые руки полотенцем и сказал примолкшей очереди:
– Следующий.
Скандалов и споров о том, кто за кем занимал, в этот день больше не было.
Доктор Дубов потом клялся Новикову, что вышибалой в заведениях сомнительного характера никогда не работал. Это чисто врачебный опыт.
Помощь оказана? Да.
Возмездие свершилось? Да.
Клятва Гиппократа нарушена? Нет.
Мастер травматологического дзена!
Дабы не отрываться от коллектива и не нарушать традиций, Новиков выпил грамм сто пятьдесят и вернулся в удобное кресло. Он поглядывал то на друзей, то на облака, проплывавшие в иллюминаторе, и молча слушал беззаботный треп товарищей по оружию.
В его голове ворочались мысли о том, что он совсем недавно вернулся из отпуска, даже не успел соскучиться по службе. А тут на тебе: постановка задачи; хлесткий приказ сродни оплеухе. Извольте, товарищ подполковник, срочно убыть в командировку для выполнения секретной операции.
Спать Павлу пока не хотелось. По давней своей традиции он сидел с закрытыми глазами и подробно вспоминал разговор с шефом, состоявшийся перед отлетом.
Самолет со спецназовцами на борту следовал на сирийскую авиабазу Хмеймим с одной промежуточной посадкой для дозаправки на военном аэродроме в Ставропольском крае.
До Ставрополя парни успели закончить со спиртным, немного поспать и даже оклематься. Во время заправки им разрешили покинуть борт и покурить в сотне метров от стоянки. Затем все заняли свои места, экипаж запустил двигатели, самолет вырулил на ВПП, взлетел и продолжил маршрут. Есть и пить никто не хотел. Все спокойно сидели в креслах, многие спали.
Пытался забыться и Павел, но, как часто бывает в таких случаях, вместо сна в голову лезли воспоминания.
Он всегда сторонился общества умных и красивых женщин, берег нервы. Ибо баба с мужскими мозгами, да еще и с внешностью, отключающей у самца все мысли, кроме похабных, – смерти подобна.
