Гримм и Никитина пропитывали растворами препаратов папиросную бумагу, затем, высушив на воздухе, заворачивали в неё лимоны, апельсины и мандарины. Хранились плоды в обычных хранилищах при температуре от 0 до 4 градусов Цельсия при относительной влажности воздуха 80—85 процентов. Опыты ставились массовые, в каждой партии было не менее 100 килограммов плодов. Многие опыты показали, что среди мандаринов, хранившихся завёрнутыми в бумагу, пропитанную растворами аналогов псевдоаллицина, заболевших плодов было в 1,5—2 раза меньше по сравнению с мандаринами, ничем не обработанными.
Хранили и яблоки, завёрнутые в «фитонцидную» бумагу. Не со всеми сортами яблок получилось то, что хотелось экспериментаторам. Так, опыты с сортом Ранет симиренко не дали положительного результата, а в опытах с сортами Сарытурги, Гарысинап и Банан было обнаружено небольшое преимущество. Зато яблоки Розмарин, Пармен зимний золотой, Бельфлёр жёлтый и другие гораздо лучше сохранялись в фитонцидной бумаге, чем контрольные. Растворами препаратов аналогов псевдоаллицина обрабатывались и дыни. Опыты также оказались успешными.
Подмечено, что во всех проводимых опытах не изменялся внешний вид плодов и овощей. Хранение плодов и овощей таким способом очень дёшево, препараты применяются в слабых разведениях: их требуется не больше 4—7 граммов на тонну плодов.
Хорошо быть энтузиастом, но не следует быть излишним фанатиком. Так и с фитонцидами. Химия и физика делают всё новые и новые успехи, изменяющие многие стороны народного хозяйства и быта. Появились сообщения о таких искусственных тканях, которые помимо других преимуществ способны убивать бактерии и грибы. Химики начали приготовлять вещества, предохраняющие продукты от порчи. Если на путях синтетической химии будут достигнуты большие успехи, чем на путях использования природных фитонцидных соединений, честь и хвала химии! А может быть, и химик-синтетик будет «подражать» каким-либо природным фитонцидам? Это не зазорно для науки.
Успехи химии и физики породили много ценных предложений. Утверждают, например, что если в вощёную бумагу ввести ничтожную дозу сорбиновой кислоты, то завёртывание в такую бумагу колбасы, сыра, рыбы и мяса значительно удлиняет сроки их хранения. Сорбиновая кислота подавляет рост бактерий и плесневых грибов. Небольшие количества сорбиновой кислоты используют при консервировании компотов и фруктовых соков.
Известно, что воздействие на фрукты, овощи, на различные пищевые продукты гамма-лучей радиоизотопа кобальт-60 удлиняет срок их хранения. Облучённый картофель к тому же не прорастает, клубника не размягчается и т.д. Путём облучения осуществляется и дезинфекция семян, убиение микроорганизмов.
Медицина, ветеринария, пищевая промышленность, сельское хозяйство — эти и другие отрасли человеческой деятельности не могут не заинтересоваться фитонцидами. И везде требуются смелость, дерзание, полёт творческой фантазии и в то же время трезвые раздумья, осторожная, придирчивая оценка фактов,
Мы убедились, что фитонциды играют большую роль в жизни самого растения, которое их производит, в жизни сообществ растений; не безразличны они и для животных в естественных условиях лесов, лугов, полей, в любом уголке природы.
Однако почти всё, с чем знакомился читатель этой книги, основывалось на изучении фитонцидов наземных растений. А что делается в реках, озёрах, морях, океанах? Нельзя ли «мобилизовать» фитонциды водных и прибрежных растений на службу человеку, его здоровью? Остановимся на этих важных вопросах специально. Беды не будет, если мы и повторим кое-что из сказанного ранее.
Пионер исследований фитонцидов водных и прибрежных растений — Ф.А. Гуревич, влюбившийся в проблему в юношеские годы и с энтузиазмом изучающий фитонциды до сегодняшнего дня, в течение более тридцати лет. Мне доставляет удовольствие рассказать о его исследованиях. Он мой ученик, сформировался как учёный, стал кандидатом биологических наук в лаборатории, за деятельность которой отвечал я. А потом был всегда дружески связан со мною и в своих новых научных поисках. Ныне он доктор наук, профессор биологии Красноярского медицинского института.
До начала исследований Гуревича, то есть до сороковых годов, о фитонцидах водных и прибрежных растений ничего не было известно, если не считать фактов о ядовитости тех или иных растений. Он изучил влияние фитонцидов многих водных растений на бактерии, простейших, кишечнополостных (к которым, кстати сказать, принадлежит и знакомая уже нам гидра), на червей, моллюсков, насекомых, клещей, рыб, амфибий, рептилий, птиц и млекопитающих.
