Седрик, подозрительно бодрый и активный, раздавал всем расписания: первакам лично в руки каждому, а другим курсам — пачку в наиболее ответственные руки. У нас это оказался я, но проблем с раздачей расписаний не возникло — листки подписаны, а ребята уже собрались на диванчике за столиком на нашем месте.
— Вот, разбираем, — положил я перед ними листки, которые тут же попали в нужные руки.
— Хм… — Джастин задумался, глядя на расписание. — Опять общие занятия со всеми.
— Неудивительно, — я сел на своё место, разглядывая расписание, как и остальные ребята. — Директор сказал, что преподавателям потребуется высвободить максимум времени. В прошлом году неплохо получилось с объединением потоков, вот, наверное, и решили продолжить эту практику. Да и повод есть.
— Верно говоришь, — покивал Эрни. — Но это не значит, что мне это нравится.
— А что поделать? — спросила Сьюзен, пожав плечами. — Занятия и вправду неплохо проходили. Да и чем больше народу, тем интереснее.
— Так, ладно, двигаем на завтрак.
У дверей Большого Зала меня перехватила Гермиона.
— Привет, — кивнула она и вытащила меня из общего потока.
— Привет, коль не шутишь. Что-то случилось?
— Да, случилось, — важно кивнула она. — Ты знал, что в Хогвартсе используют домовых эльфов? Используют, как настоящих рабов. У них нет ни выходных, ни праздников, ни зарплат, ни отпусков…
— Сбавь обороты, Миона, — я с улыбкой выставил руки в защитном жесте. — Откуда такая поспешность…
— Это неправильно, Гектор, — важно заявила она. — Нельзя так эксплуатировать рабский труд. Это неправильно.
— А как правильно? И вообще, Миона, ты бы книжки о домовиках почитала, а потом бы устраивала свои либеральные бунты против общества.
— Но…
— Не будь Америкой — не нужно насаждать демократию огнём и мечом в мире, о котором ничего не знаешь…
— Да я… — она набрала воздуха и явно хотела высказаться.
— Знаешь?
— Конечно. В конце концов, я куда больше времени провела здесь и много знаю о магическом мире.
— Кто такие домовые эльфы?
— Домовые эльфы это… — начала было Гермиона, но осеклась.
— Вот с этого и начни, — я похлопал сестрёнку по плечу, направившись в большой зал, но тут же обернулся к ней. — И поешь. Мозги без еды не работают.
За завтраком многие обсуждали Турнир. Думаю, эта тема не скоро утихнет — обычно для подобного требуется недели две… И как раз в это время приедут делегации из Шармбатона и Дурмстранга, что вновь ввергнет школу в пучины обсуждений, слухов, пересуд. Но, с другой стороны, можно будет посмотреть на учеников других школ, пообщаться, узнать, в чём разница в изучаемых предметах, и есть ли эта разница вообще?
За нашим столом обсуждали возможные способы магически повзрослеть. Ну, всяко лучше, чем различные глупости. Может так оказаться, что подобные разговоры побудят ребят больше уделить время различным неординарным методам колдовства — одной школьной программой сыт не будешь, нужно расширять горизонты.
Первым занятием в этот день была Гербология. Как только мы оказались в теплице, куда нас привела мадам Спраут, мне сразу стало несколько не по себе. Причина проста — занятие со всеми учениками потока, а в качестве пособия — горшки с бубонтюберами. Эти растения больше походили на слизняков, растущих из земли, а под их кожицей были припухлости. По книгам и справочникам мне знаком ингредиент, который, судя по всему, мы будем сегодня добывать, и это довольно рискованно.
— Бубонтюберы, — радостно указала мадам Спраут на пособия, выставленные на длинном столе, за которым мы и встали. — Сегодня мы будем собирать гной.
— Что? — возмущались некоторые, особо чувствительные.
— Да, именно гной, — улыбалась мадам Спраут, говоря это. — Прежде чем приступить, обязательно наденьте рукавицы из драконьей кожи. Концентрированный гной бубонтюбера довольно опасен для кожи и может доставить кучу неприятностей. Собирать будете вот в эти баночки…
Рядом с горшками действительно стояли баночки.
— Следует быть предельно аккуратными, — продолжала тем временем мадам Спраут, пока мы облачались в перчатки. — Не следует давить припухлости — гной может выстрелить куда угодно. Воспользуйтесь серебряной иглой, инструменты перед вами. Делаете аккуратный прокол до тех пор, пока не почувствуете отсутствие сопротивления, подносите баночку к припухлости и вытаскиваете иглу. Только когда гной перестанет сочиться сам по себе, только тогда начинаете понемногу давить, используя горлышко баночки.
Честно говоря, занятие не из приятных, и многие воротили нос. Но вот что хорошо, так это то, что от гноя резко несло бензином. Вот если бы гной пах гноем, то вряд ли многие смогли бы сдержать рвотные рефлексы.
В конце занятия набралось довольно много этого гноя, пара литров, а мадам Спраут похвалила нас всех за работу, ведь не произошло ровным счётом ни одного инцидента, что было даже удивительно.
Следующим занятием был Уход, и те, кто выбрал этот предмет, без особого энтузиазма спускались по размякшей после ночного ливня тропинке — за полдня ничего не высохло, а небо было пасмурным.
