— Хм. Но ты-то на неё так открыто не пялишься, да и вообще… Может быть ты слишком молод, мужчина?
— У меня отличная память — мне и одного взгляда достаточно, чтобы запомнить всё и оценить.
— Знаешь, Гектор, — Джастин смотрел на меня с лёгкой ухмылкой. — В контексте беседы тебе твоя память чести не делает.
— Ой, какая незадача, — притворно ужаснулся я. — Теперь обо мне будут думать невесть что.
— И всё-таки, — резюмировала Ханна. — Внешность — не главное.
— Безусловно, — кивнул я. — Но, как говорится, встречают по одёжке. Заметь. На французских парней вообще никто не смотрит. Почему? Дело в одежде. Эти небесно-голубые цвета, излишняя изящность фасона, вся эта мишура… Оно только отталкивает, как по мне. Но подобное изящество отлично привлекает внимание, когда дело касается девушек. Заметь, никакой вульгарщины. Ну и плюс излишняя манерность этих парней.
— Я об этом не думала в таком русле, — кивнула Ханна, да и остальные решили повнимательнее приглядеться к французам, что не принесло никому удовольствия, ни парням, ни девушкам.
— Вот, — кивнул я. — В точности обратная картина с ребятами из Дурмстранга. Строгая, чуть ли не военная форма, привлекает внимание девушек. Открытость этих парней, как и очевидные манеры — это их плюс. Но заметь, на их девушек наши парни не заглядываются.
— Верно, — кивнул уже Эрни.
— А ты присмотрись.
Все, кто слышал разговор, решили последовать моему совету и пару секунд присматривались к этим девушкам в красных мундирах, но сшитых и идеально сидящих по фигуре.
— Увидели? Оценили? А теперь посмотрите на наших парней и девушек. Ну, а чтобы не нарушать чистоту эксперимента, на ребят с факультета не смотрите — мы друг другу уже давно «замылили» глаз.
— И что мы должны увидеть? — через минутку спросил Эрни.
— То, что и тут и там полно более чем симпатичных девушек и достойных парней. Просто конкретно ребята из Шармбатона и Дурмстранга для нас сейчас — совершенно новые. Готов поспорить, они и сами с интересом глядят на наших учеников, находя кого-то привлекательными, а кого-то нет. Может даже статься, что та платиноволосая девушка, что подходила к гриффиндорцам, считает привлекательным Рона Уизли. Они же даже говорили о чём-то…
— Да не… — синхронно отмахнулись как парни, так и девушки. — Это бред.
— Ничто нельзя исключать, — пожал я плечами. — И да, народ, особенно парни. Та блондинка имеет отношение к вейлам…
— Так вот оно что… — слышавшие это девушки тут же устремили свои недовольные взгляды на блондинку.
— Полегче, девчата. Я читал о них кое-что. Их шарм почти невозможно отключить — это под силу только более взрослым и опытным. А то я уже вижу, что вы её заочно ненавидите. Сказал я это в основном для парней, чтобы те принимали какие-то меры, чтобы при общении с ней не выглядеть идиотами.
— Хм… — Ханна повернулась ко мне, и ещё больше прищурилась, ухмыляясь. — Но на тебя не действует.
— Не совсем правильное утверждение, — улыбнулся я. — Действует, но я себя контролирую.
— Это как так? — Захария, что за время разговора довольно быстро поглощал разные блюда, наконец-то сбавил обороты и нашёл в себе силы общаться с людьми вокруг.
— Ну, на Кубке Мира от Болгарии выступали вейлы и было их много. Суммарное и осознанное их воздействие почти всех мужчин ввело в состояние прострации. Я тоже ощущал вполне конкретные желания, но самого себя не потерял. Одиночной вейле даже целенаправленно будет сложно сходу превратить парня в овощ, но вот побудить ко вполне конкретным, но при этом неосознанным, бесконтрольным действиям — думаю, хватит получаса. А так, в пассивном режиме, шарм лишь помогает вейле обратить на себя внимание.
— То есть, — задумалась Сьюзен, слегка покраснев. — При прочих равных, парень обратит внимание на вейлу, а не на столь же красивую девушку, стоящую рядом с ней?
— Как-то так, да. По крайней мере, так пишется в книгах.
— Это несправедливо и нечестно, как-то… — надулась Сьюзен, обидевшись на весь мир.
— Ну, я так не считаю, — пожал я плечами и беря в руки кружку с соком. — Есть множество факторов, которые почти невозможно зафиксировать, и которые полностью идеальны. К примеру, запах. Мы не можем контролировать то, как пахнем. Однако запах, даже если мы его не ощущаем, способен сыграть очень и очень весомую роль в том, кто нам понравится, причём понравившийся нам человек может быть даже менее красив, чем его конкурент. Почему, по-вашему, парфюм пользуется такой популярностью, а его правильный или неправильный подбор способен перевернуть ваш образ с ног на голову, но каждый человек этот образ будет воспринимать по-своему?
— Сложно-о-о… — потянул Джастин, и принялся за какое-то мясное блюдо, но явно переоценил свои возможности, вздохнул и отложил приборы в сторону. — Всё. Кажется, объелся…
