Быстро поднявшись, я посмотрел на Флитвика с ещё большим уважением — я, например, пока что не смогу так быстро создавать эти заклинания. Нужна практика. С учётом статистики моего прогресса в изучении отдельных заклинаний и тенденции снижения скорости этого самого прогресса по мере совершенствования в отдельных заклинаниях, мне потребуется… Месяца три тренировок с упором на эти заклинания, чтобы достичь подобного уровня используя сугубо местную школу магии. Да, присущий мне идеальный контроль энергии, память, да и вообще работа мозга, позволят мне уже сейчас повторить подобное, но это не то, не навык, не опыт, не рефлекс, а полностью подконтрольная манипуляция, требующая множество ментальных усилий — недопустимо для боевого применения.
— У вас феноменальная реакция, мистер Грейнджер, — похвалил меня вполне довольный демонстрацией Флитвик. — Думается мне, что пара месяцев упорной практики с оппонентом моего уровня, отработка вариаций Проте́го на скорость, как и самих заклинаний, и… Хм… Вы вполне сможете применять их столь же успешно, как и защищаться.
— У вас глаз—алмаз, профессор.
— Опыт, мистер Грейнджер. Ничего, кроме опыта.
— Может быть, учебную дуэль, профессор?
— О, нет, мистер Грейнджер. Я этими вопросами больше не занимаюсь, — покачал головой Флитвик, и мы спустились с помоста. — Показать что-то, рассказать — это всегда пожалуйста.
— Я вас понял, профессор. Если возникнут какие-то вопросы, то я сразу же обращусь к вам.
По итогу, дуэлировать было особо не с кем, но я без проблем присоединился к двум старшекурсникам, которые активно обсуждали применение трансфигурации в бою.
На ужине в Большом Зале я мог вновь понаблюдать за презабавнейшей картиной того, как Крам и Диггори страдают от женского внимания. Звучит, конечно, странно, но тут нужно понимать, какой именно характер несёт это внимание. Совсем не то, чем наслаждаются мужчины. Отнюдь не каждая школьница даже со старших курсов отчётливо понимает, какое именно внимание хочет заполучить от этих видных парней, а уж о младших и говорить не стоит. Там всё сводится к «Вау, смотри, чемпион! Автографы! Он улыбается! Ах, он не улыбается! Он ест! А вот уже не ест! Ах…», а на то, что любому из них, что Краму, что Диггори, куда приятнее было бы просто банальное присутствие рядом понимающей, поддерживающей их и просто симпатичной особы, всем совершенно плевать. Вон, Седрик всё заглядывается на Чжоу Чанг с пятого курса Рэйвенкло, а та, наоборот, шифруется от него всеми способами. А Крам вообще перемещается по школе от убежища к убежищу, и ещё не факт, что не использует дезиллюминационные чары.
После ужина я, как и всегда в субботний вечер, отправился на дополнительные занятия по зельеварению. И вновь, как и во время прошлых таких занятий, профессор Снейп сидел за своим столом, проверяя ненавистные эссе, размашисто зачёркивая то одно, то другое. Дафна ожидала за нашим столом, ингредиенты были разложены, котлы подготовлены, инструменты — чисты и остры.
— Профессор, — кивнул я.
Снейп молча, словно дирижёр, парой жестов обозначил, что меня заметил, и чтобы я занял своё место.
— Гринграсс, — кивнул я девушке, садясь рядом.
— Грейнджер.
Без лишних предисловий, мы принялись за работу. Ингредиенты толклись, резались, давились, по очереди засыпались в котлы, а варево помешивалось. Не само, конечно, но при непосредственном нашем участии. Когда первый рецепт зелья на сегодня подошёл к стадии «Сиди и жди», сама по себе зародилась тема для разговора.
— Гринграсс.
— Да?
— Я в клуб ходил.
— Я должна удивиться?
— Удивиться должен я, — краешком губ улыбнулся я. — Не думал, что ты пропустишь сегодняшние посиделки. Их, кстати, вообще почти все пропустили.
— Что же такого особенного должно было сегодня случиться?
— Профессор Флитвик показал мне правильное исполнение Оглушающего и Разоружающего.
На этом моменте профессор Снейп перевёл взгляд с пергаментов с эссе на нас, начав больше уделять внимания нашей милой беседе. Конечно же, что я, что Дафна, следили за побулькивающими зельями в наших котлах, но разговор, тем не менее, шёл.
— Полагаю, ты потерпел поражение?
— Это не была дуэль, но да, ты права. Разоружающее в исполнении профессора оказалось неприятно мгновенным. А от Оглушающего я почти успел защититься.
— Впечатляет, — Снейп заговорил, как всегда, тихо и вкрадчиво. — Профессор Флитвик один из тех, кто может неприятно удивить идеальным исполнением почти любых чар и заклинаний, имеющих хотя бы теоретическую возможность использования в дуэлях. Но Разоружающее и Оглушающее он не любит, скажу вам сразу. Рекомендую не применять их слишком часто.
— Почему, профессор? — я не отрывал взгляд от зелья, чтобы не прозевать изменение цвета и консистенции.
— Профессор Флитвик — дуэлянт до мозга костей. Разоружающее и Оглушающее, как ни парадоксально, относятся больше к боевой магии. А как вам, я полагаю, известно, дуэль — соревнование в искусности волшебников. Хитроумные и непредсказуемые комбинации, выверенные связки, просчитывание оппонента, а не банальное превосходство в силе или в одном единственном заклинании.
