За собой я стал замечать, что всё меньше и меньше замечаю характерный говор буквы «Р», свойственный носителям французского языка. Думаю, ещё немного, и я смогу без каких-то проблем ассоциировать это с нормальной «Р», не тратя ресурсы мозга на осознание.
— …Должна сказать, — продолжила мысль мисс Делакур, — что я мало знаю истогических аспектов.
— Тогда ограничимся фактами.
Мы прошли через ворота и направились по медленно чахнущей к зиме траве вниз по почти пологому склону, двигаясь к видневшейся карете Шармбатона. Занятно, что в честь их появления, наши профессора озаботились тем, что поставили магические светильники по обе стороны маршрута от ворот замка до кареты. Интересные светильники, но в то же время, вполне привычные — в форме городских фонарных столбов. Наверняка мотив был в том, что сейчас гостям придётся возвращаться уже затемно, а колдовать Лю́мос хотят не все. А может и другая какая причина — откуда мне знать.
— Факты пгосты, — в голосе Делакур прорезались нотки ментора. — Давно-давно, ещё до Статута, когда волшебники верили в разные варианты Матери-магии и прочее…
О, мозг перестал акцентировать внимание на характерном звуке «Р». Хорошая новость, а то слух режет.
— …то считалось, что в Самайн наш мир становится ближе к миру магии, духов, предков и прочее.
— А сейчас?
— Сейчас, месье Грейнджер, — лёгкая и необидная ухмылка появилась на лице Делакур. — Это считается пережитком прошлого и традицией, не несущей смысла. Но некоторые волшебники придерживаются этой традиции ради самой традиции, что правильно.
— Традиции — это правильно? — я с улыбкой взглянул на Делакур, шедшую рядом.
— Да. Это наша история. Как мы пришли к тому, что есть сейчас. Даже если смысла в них не много.
— Думаю, это правильный подход. Но что конкретно делалось в Самайн?
— В разных странах — разное. Если коротко, то в европейских странах волшебники сжигали в волшебном огне подношения, рассчитывая на благословление и очищение. Это даже в некотором роде работает, но теперь мы знаем, что это результат собственной магии, чёткой последовательности действий и веры в результат.
— А насчёт сближения… с «Высшими Сферами»?
Мы уже подошли к карете, потому с беседой стоило бы завязывать, да и погода становилась ветреной и по осеннему прохладной, пусть и амулеты мои греют, пожалуй, вообще всех в Хогвартсе. Не удивлюсь, если один такой найдётся и у Дамблдора. Хм… Есть шальная мысль…
— Если верить исследованиям, то что-то есть, но что? Неясно. Но вовсе не то, во что верили в давние времена.
— Познавательно. Что же, мисс Делакур, — улыбнулся я вейле, и повернулся к её свите. — Леди. Был рад пообщаться. В какое время вы не против продолжить моё обучение танцам?
— Хорошим днём будет пятница, — дружелюбно улыбнулась Делакур. — Доброго вечера, месье Грейнджер.
Леди кивнули и все они быстренько впорхнули в открывшуюся перед ними дверь кареты, а мне оставалось лишь возвращаться обратно в замок. Сделав себя невидимым и неслышимым, безмолвной тенью я метнулся в Хогвартс — красивая ночь провоцирует появление поэтического слога в мыслях. Да и вечер в танце с вейлой — такое не проходит бесследно. Как сказал бы один мой знакомый — во мне пылает Сила Юности! Правда, во мне она не пылает, а так, скромно машет ручкой, мол: «Привет, я здесь. Можешь обращаться в любое время».
В гостиную факультета я попал почти перед самым отбоем, но обычно мы с ребятами позволяем себе ещё часик посидеть и позаниматься своими делами, будь то просто разговоры, или же выполнение домашки в неожиданно больших объёмах. Не был исключением и этот раз, но только стоило мне появиться в гостиной, а главное, оказаться замеченным остальными, как чуткий слух тут же уловил довольно доброжелательные разговоры и перешептывания:
— О, это Грейнджер…
— …он пригласил Делакур.
— …они так танцевали сегодня-а-а…
Не обращая внимания на подобное, я прошёл к нашему с ребятами столику и сел в кресло.
— Обо мне так много разговоров?
— А ты как думал? — удивился Эрни, да и остальные решили присоединиться к беседе. — Всё-таки пригласил чемпионку на бал, все дела. Она ещё и согласилась.
— Ясненько. Ребята, а что происходит с миром в Самайн?
— А что-то происходит? — Джастин глянул с непониманием, а потом перевёл взгляд на остальных. — Правда?
— Достоверно никто не ответит, — Ханна прикрыла журнальчик. — Говорят, мы становимся ближе к миру мёртвых или чему-то подобному. Ну и праздновали своеобразную смену года.
— А вы знаете, что и как можно проводить в этот день? Ну, традиционное что-то.
— Я не хвастаюсь, — приосанилась Ханна. — Но перед тобой, на секундочку, двое представителей священных двадцати восьми.
— Я знаю, — кивнул я с улыбкой, а вот остальные, помимо «второго» Эрни, похоже, не задумывались об этом.
— А кто второй? — Джастин быстро оглядел всех, но взгляд остановился на Эрни, просто поднявшем руку. — А вы не говорили.
— Мы этим не хвастаемся, — безразлично пожал плечами Эрни. — Родители говорят, что предки просто поступали так, как считали правильным.
