Вместе всё это выглядит до ужаса забавно, и теперь я понимаю, почему Дамблдор улыбается, посматривая на всех из-за преподавательского стола. Уверен, он улыбается так постоянно кроме, само собой, случаев, где улыбка неуместна.
Увидел я и Гермиону, что неостановимым ураганчиком пронеслась до стола своего факультета, быстро что-то съела никого не слушая, и так же быстро удалилась — только и видели все копну непослушных каштановых волос.
— А ты Гектор, да? — напротив нас за стол села блондинка моего возраста, явно однокурсница, а компанию ей составляла рыжая немного полноватая девочка.
— Именно. Вы?
— Ой, в самом деле, — засмущалась рыжая. — Сьюзен Боунс.
— Ханна Аббот.
— Очень приятно, — хотя, честно говоря, не очень.
Рыжих я просто не люблю, а у Ханны улыбка слишком уж… Токсичная, что ли? Вроде бы ты и понимаешь, что искренняя, но такое чувство, будто она на лбу тебе нарисовала что-то чертовски обидное, а сейчас ждёт реакцию толпы. Но у каждого свои особенности, как и эта вот улыбка.
— Наши однокурсницы, и твои в том числе, — кивнул им Джастин.
Невольно я решил обратить внимание и на его особенности. Парень со своей пышной тёмной шевелюрой с идеальным пробором, как и овальным, но при этом немного вытянутым лицом, походил на какого-то киношного злодея-богатея. Да и выражение лица, словно всех во всём подозревает лишь усиливало это ощущение. Занятная компания тут собралась, откровенно говоря.
— А почему ты не учился с нами с первого курса? — продолжила задавать вопросы Ханна.
— Болел. С рождения. Но не беспокойтесь. Сейчас всё отлично.
— Ясненько-ясненько, — покивала девочка.
— Вы уже поели, нет? — Эрни был явно недоволен, но пока не ясно чем именно. — Пойдёмте, а то опоздаем ещё на зелья.
— Ой, кстати! — включилась в разговор Сьюзен, пока мы вставали из-за стола. — А вы заметили, что Зелья теперь будут у всех одновременно?
Мы вышли из большого зала и пошли в одном ведомом ребятам направлении. Джастин вытащил пергамент с расписанием из сумки и внимательно сверился.
— И вправду. Это что же, нам присутствовать при вечной грызне гриффиндорцев и слизеринцев? Радость-то какая, — ирония в его словах буквально хлестала через край.
— Грызне?
— А, Гектор, ты же не в курсе, — тут же решила просветить меня шедшая рядом Ханна, а мы уже добрались до главной башни с двигающимися лестницами. — Тут вражда этих двух факультетов — что-то вроде традиции.
Лавируя в толпе учеников, мы довольно ловко начали спускаться, судя по всему, в подземелья, но факелы и чаши с огнём давали великолепное рассеянное освещение. Не в пример вечеру в день прибытия.
— Как говорят старшекурсники, обычно это довольно тихий конфликт, — продолжила говорить блондинка. — Но именно на нашем курсе нашлись несколько учеников, что со всем старанием переводят его в открытое, а главное — активное противостояние.
— Неужели в школе, — не удержался я от назревшего вопроса, — не было магических стычек до них?
— Были, как не быть, — Захария вклинился между нами. — Да и происходит постоянно что-то. Больничное крыло не пустует. Но одно дело — личные конфликты, устроят потасовку толпа на толпу где-нибудь, пока профессора втыка не дадут, а другое — из-за цвета галстука.
— Ясненько.
— Потому нам следует двигаться одной группой, — вновь заговорила Ханна. — Наш факультет ни с кем не враждует, но никогда не знаешь, кому взбредёт в голову какая-нибудь гениальная мысль.
— Или ловушка, — добавил Джастин.
— Или просто поиздеваться, — передёрнул плечом молчавший до сего момента Эрни МакМиллан.
— Бывало и такое? А дать отпор?
— Так и даём, — пожал плечами Захария. — Ну, не мы лично, у нас-то, слава Мерлину, таких проблем не было. Надеюсь и не будет. А так, само как-то получается, что одного обидят, весь факультет всколыхнётся, а в итоге старшие разберутся. Но скажу так…
Судя по толпящимся возле одного из кабинетов ученикам моего возраста и со всех факультетов, мы дошли до цели.
— …Самые трудно решаемые и обидные проблемы от слизеринцев. Самые жесткие, но легко решаемые похожим же стилем — от гриффиндорцев, — Захария кивнул на две группы ребят с алыми и зелёными подкладками мантий. — А от воронов проблем нет — чхать они на всех хотели.
Мы тихонько подошли к остальным ученикам, кое с кем обменялись вежливыми кивками.
— Ой, мамочки, дементор! — завопил блондин в зелёных цветах слизерина, отшатнувшись от очкастого растрёпанного по всем параметрам брюнета.
Очкастый тут же обернулся за спину и никаких дементоров там, само собой, не увидел. Зато этот его маневр вызвал неестественный смех слизеринцев, и негодование гриффиндорцев.
— Как ты там кричал, Поттер? — ухмылялся блондин, а за его спиной стояли двое крупных парней, угодливо хихикая. — Мамочка, мамочка, не-е-ет!
— Заткнись, Малфой! — рыкнул на блондина какой-то рыжий, явно друг этого Поттера, что мне сразу же не понравился. Не люблю рыжих.
Джастин легонько пихнул меня локтем, привлекая внимание, и я чуть наклонил голову в его сторону.
